egovoru | Были яркие речи и смелые жесты

В юности я не слишком интересовалась политикой, предпочитая жить от Цезаря подальше и от вьюги. К тому же у меня всегда было (и есть) ощущение, что человеческое общество, да даже и отдельный человек – системы слишком сложные для моего ума. Но несколько лет в начале Перестройки породили у меня курьезное чувство возможности повлиять на ход истории – а кто такое пережил, никогда этого не забудет: ленинское «говно нации» внезапно вышло на авансцену. Как получилось, что тот небывалый взлет закончился тем, чем он закончился? В своей интереснейшей книжке (по ссылке – русский перевод) Гийом Совэ реконструирует не столько тогдашние быстро сменявшие друг друга события, сколько представления их участников.

Начать с того, что закрепившееся в народе и вынесенное автором в заглавие определение деятелей Перестройки как либералов не очень-то соответствует действительности: как следует из анализа Совэ, собственно либеральная доктрина – свобода индивидуума от государства – мало кого из них волновала (разве что Сахарова, боровшегося за свободу передвижения и высказывания). Но поразило меня другое: приверженность их противников «красно-коричневым» идеалам они объясняли исключительно лживостью, скрывающей корыстные интересы. То есть, они не могли предположить, что в конце 1980-х кто-то может искренне считать коммунизм – или фашизм – привлекательным.

Тому, конечно, были основания: Совэ подчеркивает, что ощущение гнили в Датском королевстве началось вовсе не с пустых прилавков, а с падения нравов: шахназаровский «Курьер» кажется мне тут лучшей иллюстрацией. Андропов попытался исправить ситуацию привычными чекистскими методами, Горбачев же предложил гласность, и ему вторят все как один тогдашние авторы толстых журналов. Им кажется, что, если только удастся побудить (заставить?) людей поступать по совести, в обществе наступит благодать и гармония. Мысль, что разные люди могут искренне хотеть совершенно разного, им в голову вообще не приходит – марксистская проповедь о классовости сознания забыта ими напрочь (а может, они верят, что цель создания единой новой исторической общности «советский народ» действительно была достигнута?).

Трейлер фильма «Курьер» (1986),
запечатлевшего советскую империю времени упадка.
Режиссер Карен Шахназаров, в главной роли Федор Дунаевский

Зато вот марксистская вера в существование «объективных законов истории» оказалась прочно усвоена. Если у Маркса эти самые законы вели общество к коммунизму (студенткой я никак не могла понять, зачем же нужны какие-то революции, если коммунизм так и так наступит просто в силу исторической необходимости?), то у «прорабов Перестройки» – к демократии и рынку, которые возникнут сами собой, если только удастся отменить руководящую роль партии (на чем они и сосредоточили свои усилия). Примечательно, что эта вера парадоксальным образом сочеталась у них с подозрительностью к «инициативе снизу», к политической активности населения. Впрочем, демократия понималась ими как власть демократов (то есть, их самих), а не как узаконенное противостояние разных интересов и мировоззрений.

Лозунг «кто не с нами, тот против нас» тоже пустил глубокие корни: черно-белый мир делился на сторонников и противников Перестройки. Дебаты же о том, в чем, собственно, Перестройка должна заключаться, воспринимались как экзистенциальная угроза. «Борьба демократов друг с другом разрушительна. Она подтачивает доверие народа», пишет в программной статье 1991 года Мариэтта Чудакова. С начала 1992 года люди, отстаивавшие независимость гражданского общества от государства (как историк Леонид Баткин и литературовед Юрий Буртин), оказываются оттеснены на периферию – идея сплочения с «демократической» властью окончательно победила.

Задним числом хочется назвать все это недостатком политической культуры – но задним-то числом судить легко. (Автор книжки воздерживается от каких-либо оценок, оставаясь беспристрастным аналитиком). Интересно, а как сами деятели той эпохи оценивают свой тогдашний опыт? Может, кто-нибудь из них опубликовал свои воспоминания?

Выступление А.Д. Сахарова на I Съезде народных депутатов СССР (1989)

Спасибо уважаемому sergepolar за информацию о книжке! А уважаемый ivanov_p, оказывается, успел написать о своих впечатлениях еще раньше меня.

Flat | Top-Level Comments Only

From:

marigranula.livejournal.com

Мне кажется, что разные люди хотели очень разного. Действительно "либералы" не хотели назад, но вперед у всех было очень разное, каждый говорил со своей колокольни. Каждый предлагал что ему было ближе: кто-то совесть\мораль\нравственность, кто-то религию, кто-то капитализм. Более прагматичные приватизировали общественное имущество — и опять таки, наверняка многие и не знали иных методов приватизации кроме грабежа.

Мне кажется, в результате всех дел, как раз всякие проекты Как нам обустроить Россию оказали очень маленькое влияние на последующий ход истории. Решали те, у кого были реальные рычаги.

From:

egovoru.livejournal.com

"наверняка многие и не знали иных методов приватизации кроме грабежа"

Автор книжки просто пытается разобраться в том, что эти люди думали, на основании того, что они писали и говорили. Почему они думали именно так - это уже другой и гораздо более сложный вопрос.

"Решали те, у кого были реальные рычаги"

А кто это был, как Вам кажется?

Ах, было б только с кем поговорить!..

Были яркие речи и смелые жесты