Сколько раз с ним по пьянке шутили мы, молодо – зелено

[egovoru]

Юлий Крелин, настоящая фамилия которого была длиннее на три согласных, заведовал хирургическим отделением, где работал мой отец, пока сам не стал таким заведующим в другой больнице. Я хорошо помню Крелина зрительно – он бывал у нас дома, а среди окружавших меня взрослых попадалось не так много бородатых курильщиков трубки. Но для участия в застольных разговорах я была тогда слишком мала – а сейчас я бы дорого дала за такую возможность! К тому времени у Крелина вышло уже несколько книг о хирургах, но тогда мне не хотелось их читать: рассказов о больнице хватало и за семейным столом. Потом, уже взрослой, я прочла некоторые из них – и не сказать, чтобы сильно впечатлилась. Но вот крелинская книжка воспоминаний о пациентах-литераторах понравилась мне чрезвычайно.

Личное знакомство с хорошим врачом высоко ценилось в советских условиях – тогда ведь вообще мало что можно было сделать без личного знакомства: «Для режима были характерны пять Х: хамство, халтура, холуйство, ханжество и хулиганство». А поскольку Крелин был членом Союза писателей, то пишущая братия и потянулась к нему. Кого-то он оперировал сам, других направлял к друзьям-специалистам: так Натан Эйдельман, одноклассник Крелина, и Юрий Казаков попали к моему отцу – его профилем была сосудистая хирургия.

Для меня загадка, как «Зусманычу» (так называли его у нас дома) удавалось совмещать хорошо знакомую мне по отцу жизнь хирурга с жизнью писателя, какой она предстает из его книжки. Хирург обязан каждый день являться в больницу к утреннему обходу – и быть готовым прибыть туда в любое время суток по звонку, если что-то непредвиденное случилось с его пациентом, не говоря уже о ночных дежурствах. Каким образом тут можно выкроить время для литературного творчества? Как совместить утренние обходы с бесконечными ночными посиделками литераторов с их ненормированным рабочим днем? А хирургу надо ведь не просто быть с утра на работе, но и быть в состоянии держать в руке скальпель.

Михаила Жадкевича, прототип хирурга Мишкина, которого сыграл Олег Ефремов в известной экранизации крелинского романа, я помню даже еще лучше – из-за одного летнего отпуска, проведенного нашими семействами совместно. Википедия пишет, что у него было двое сыновей, но с нами ездила девочка моего возраста – надо полагать, падчерица, дочка его тогдашней жены-реаниматолога. Той самой, которую срочно вызвали к Наталье Решетовской, когда та наглоталась таблеток – об этом я узнала только задним числом из крелинской книжки.

Юлию Крелину я обязана своим первым знакомством с творчеством Окуджавы и Городницкого – он приятельствовал с обоими и подарил нам коллекцию их магнитофонных записей. Строчка в заглавии поста – из посвященного Крелину стихотворения Городницкого. Мои родители, однако, больше ценили другой крелинский подарок – несколько катушек великолепных студийных записей Высоцкого, поклонницей которого мама была еще со студенческих лет. Как жаль, что мы не успели их оцифровать, и они бесследно пропали.

А перечитывая крелинскую книжку сегодня, невольно обращаешь внимание на такие пассажи: «Толпа всегда состоит из недовольных, даже когда приветствует и одобряет. Толпа, когда ей плохо, требует навести порядок. И демагоги, потворствуя толпе, стараются навести этот порядок, но от неумения, да и от недоумия, от страха за себя, а то и от корыстной подлости, прибегают к запретам, ограничениям, угрозам».

Портретов Крелина в сети немного, а те, что есть, относятся уже к его поздним годам. Вот эта фотография, снятая Ильей Лиснянским, из публикации Аллы Борисовой мне понравилась, но, увы, она доступна
только в малом разрешении

Comments

[lj-frank-bot.livejournal.com]

Hello!
LiveJournal categorization system detected that your entry belongs to the following categories: Литература (https://www.livejournal.com/category/literatura?utm_source=frank_comment), Медицина (https://www.livejournal.com/category/medicina?utm_source=frank_comment).
If you think that this choice was wrong please reply this comment. Your feedback will help us improve system.
Frank,
LJ Team

[egovoru.livejournal.com]

Правильно, Фрэнк!

[mary-spiri.livejournal.com]

Очень здорово ты написала, человек замечательный, и интересно. Надо попробовать почитать его книжки. Спасибо!

[egovoru.livejournal.com]

Попробуй именно ту книжку, которая открывается по ссылке из поста, там есть полный текст. Она и правда забавная: у врача ведь совершенно особый взгляд на человека, а Крелин перелечил множество очень известных людей, и они открываются в его книге под неожиданными углами. Вот, например, об Арсении Тарковском:

"Арсений Александрович Тарковский был малоизвестным, но почти великим поэтом. Его практически не печатали, но интеллигенция знала его стихи или, по крайней мере, слыхала о нем. Я принадлежал к той части интеллигенции, что слыхала, но почти не знала стихов. Имя это вызывало почтительное перешептывание либо просто удивление. Когда я увидел на столе карточку с его именем, то, еще не привыкнув к столь громким именам, заробел и не знал, как вести себя, коль такой человек сидит в очереди ко мне. Но не мог же я выйти и вызвать его без очереди. Ведь все остальные здесь тоже гении. Я тогда не знал, что он инвалид войны, что у него одна нога, — это могло быть причиной внеочередной помощи. Впрочем, Арсений Александрович все равно бы не пошел без очереди. Да и не он, оказывается, ждал моего приема. Пришла его жена и очень просила меня пойти к ним домой после приема, потому что сам Арсений Александрович не может.
— А что у него?
— Заноза.
— ?!
Но Тарковский… И я не стал уточнять, пошел. Арсений Александрович лежал на боку в странной позе.
— Здравствуйте, Юлий Зусманович, — узнал, оказывается, как меня зовут. — Рад с вами познакомиться. С большим интересом прочел вас в "Новом мире". — Я был смущен, тем более, что не мог ему ответить на том же уровне, хотя еще более его был рад его увидеть и познакомиться. — Видите, какая странная беда со мной приключилась. Я натирал пол. Электрополотера у меня нет. Ногой, как вы понимаете, не могу. Сидя на полу, рукой. И вот беда, — он смущенно, — что-то большое и серьезное вонзилось в жопу. Извините. Может, и не страшно… но страшно. Извините… Не посмотрите?
— За тем и пришел.
Большая щепка от паркета торчала из его ягодицы. Проблемы не было.

Обошлось без последствий. Сразу я не ушел. Мы еще поговорили о том о сем…"

[asparagus asparagus (from livejournal.com)]

«Для режима были характерны пять Х: хамство, халтура, холуйство, ханжество и хулиганство» - можно подумать, сейчас что-то изменилось.

[egovoru.livejournal.com]

Крелина уже нет в живых, так что сравнить тогда и сейчас он не может.

[tijd.livejournal.com]

Профессия врача подарила миру великих писателей, правда обычно в отрыве от профессии.

Из тех, кто пишет сегодня — Борис Херсонский, бывший одесский психиатр. Пробирают его полу-украинские стихи:

Мой родной язык русский с примесью идиш,
с толикой украинизмов, странная помесь.
Трохи знаю іврит, але в Ізраїль не поїдеш,
не свяжешь двух слов, прощаясь или знакомясь.
Не свяжешь фразу, со старым приятелем ссорясь,
бо пам’ятаєш лише киш ин тухес та інші лайки,
но я хорошо различаю “нахес” и “цорес”,
крупицы слов – как мальков серебристые стайки
в потоке речи, але вода непрозора –
плавати в ній неможливо та небезпечно,
не поднимешь к небу вовек покаянного взора,
разве только вспомнишь учебник-увечник “родная речь”, но
какой твой язык родной, яка в тебе мова рідна,
уже не помнишь, войною память отбило.
Бачиш, Вітчизна твоя знову знищена, бідна,
траурний дзвін лунає, димить кадило,
лунає третя мова старослав’янська, біблійна:
прилипни яыік мой к гортани, аще – чи якщо? -забуду.
Там где радость двойная, там і скорбота подвійна,
такий вельтшмерц на серці, як згадаю споруду –
Вавілонську вежу, за будівниками стежу –
коли розіб’є Господь мову єдину.
уламки збираючи, о мейн Гот, від жалю збентежу,
Ду, форгив, Адонай Елехейну, самотню стару людину
http://maydan.drohobych.net/?p=89963

По другую сторону добра и зла про Херсонского пишет Юнна Мориц "Привет с одесской Молдаванки, - Психврач, рифмопус "вырви глаз" Улучшит Бродского останки, Они получат мастер-класс, Что в украинской вышиванке Ходить прекраснее в сто раз, Чем ездить на советском танке! Полундра, караул, экстаз! Куда ходил бы в вышиванке Еврей, который не дебил, Когда бы на советском танке Никто фашистов не давил?" http://www.owl.ru/morits/proz/mgnoveniki032.htm

[egovoru.livejournal.com]

"правда обычно в отрыве от профессии"

Меня это не удивляет, поскольку, как я и написала в посте, эти профессии плохо совместимы. Чехов и Булгаков - кажется, и Вересаев, став писателями, перестали быть действующими врачами, но вот Крелин - исключение: он, насколько я понимаю, проработал в больнице чуть ли не до смерти, во всяком случае, точно до пенсии. К сожалению, новая больница отца была на другом конце города, так что постепенно он утратил связь со своими коллегами из прежней. А эта прежняя, насколько я знаю, теперь носит имя Жадкевича.

"По другую сторону добра и зла про Херсонского пишет Юнна Мориц"

Старость, как известно - не радость, но то, что случилось с Юнной Мориц, выходит далеко за рамки обычного страческого слабоумия; это настоящий психоз.

[riftsh.livejournal.com]

Макаронические стихи на смеси идиша, иврита, украинского и русского - старый и некогда популярный жанр. Вот здесь парочка древних примеров.

[nick-55.livejournal.com]

У себя немножко ответил, обновив последний пост. Надеюсь, не рассердитесь:)

[egovoru.livejournal.com]

Ох, что-то я не догадалась, в чем заключалось обновление?

[jenya444.livejournal.com]

Очень интересно. Я как-то видел фотографию Крелина в мастерской Сидура, но сейчас она пропала. А имя узнал, наверное, из книжки Городницкого.

" ... Наш начальник, Игорь Михайлович, своей опекой нам особенно не досаждал и в магнитные дела не вникал, предоставляя полную свободу действий. Не по годам грузный, любитель вкусно поесть и выпить, бывший, как выяснилось, морской офицер, переквалифицировавшийся в геоморфолога и защитивший кандидатскую диссертацию, Белоусов обладал совершенно уникальной доброжелательностью, сочетавшейся с не менее редким оптимизмом. Память у него была удивительная, особенно на диковинные экзотические географические названия, которых он знал множество. «Это что, — заявил он, когда я как-то раз выразил ему свое восхищение диапазоном его географических и литературных познаний. — Я тебя познакомлю с моей московской бандой, особенно с Эйдельманом и Смилгой — вот это люди!» Именно от него я услышал впервые историю о нестандартной «лицейской» дружбе, связывающей уже долгие годы выпускников их класса сто десятой арбатской школы, и восторженные рассказы о его друзьях, из которых выделял он троих — историка Натана Эйдельмана, физика-теоретика Валентина Смилгу и хирурга и писателя Юлия Крелина… ..."

Вот некая фотография Крелина с Городницким

https://scontent.fdet1-2.fna.fbcdn.net/v/t39.30808-6/330585596_454969160126280_3046899386835194687_n.jpg?_nc_cat=108&ccb=1-7&_nc_sid=5cd70e&_nc_ohc=_oFBp7ruZ_MAX95H18y&_nc_ht=scontent.fdet1-2.fna&oh=00_AfD4FQXDu_0cVE6XUerI4ntnFWGVp8nby_lCLhmgoaBWqw&oe=64170F99

[jenya444.livejournal.com]

" ... В эти годы трудного привыкания к Москве, когда не слишком ладились дела на работе, не писались и не печатались стихи, единственной отдушиной, помогавшей жить, были наши друзья и знакомые. В дом наш, находившийся неподалеку от Центрального Дома литераторов, да и вообще в самом центре Москвы, почти каждый вечер забредали какие-нибудь гости, не оставляя ни времени, ни места для печальных размышлений. «Макромир — ужасен, но микромир — прекрасен», — как любил говаривать Натан Эйдельман.

В тесной нашей комнатушке пересекались три круга приятельского общения. К первому относились друзья и знакомые, объединенные домом поэта Давида Самойлова в Опалихе — от Фазиля Искандера, бывшего вместе с Самойловым свидетелями при моей второй женитьбе, и Лидии и Эдуарда Графовых до Володи Лукина, возглавляющего ныне посольство России в США. Второй круг состоял в основном из питомцев 110 школы, друзей и однокашников Игоря Белоусова. Больше всего мы подружились с тремя его близкими друзьями — Валей Смигой, Натаном Эйдельманом и Юлием Крелиным. Третий круг, пересекавшийся с первым и вторым, формировался из «поющих» приятелей — Виктора Берковского, Сергея и Татьяны Никитиных, Юры Визбора и других бардов.

При этом был еще четвертый круг, связанный с домом писательницы Лидии Борисовны Либединской. ... "

[egovoru.livejournal.com]

А вот как Крелин пишет про Городницкого:

"Алик Городницкий до нашей встречи жил в Питере и, будучи океанологом, плавал вместе с моим другом еще со школьных лет, Игорем Белоусовым. Игорь приходил из плавания и много рассказывал про какого-то Алика, который стихи пишет и песни слагает, что он приятель Дезика Самойлова, что женился на москвичке и скоро в столицу переедет. Не больно мы трепетали перед грядущим знакомством. Какой-то Алик Городницкий! Да и имя-то — Алик! Сколько их, в нашем поколении, Аликов. Когда он появился, мы стали звать его, по-видимому из какого-то внутреннего протеста, Саня.
Появился он, когда Игорек наш внезапно умер. Игорь, был большой, а сердце оказалось у него маленькое, не хватило сил носить такое крупное тело. Сорок три года! Первая смерть в нашей компании. Шесть мужиков ревели как белуги. По себе плакали. Брюхом поняли, что есть норма, а что артефакт. Но уж очень рано: Игорь — сорок три года, Юра Бразильский — сорок пять, Юра Ханютин — сорок восемь, Тоник Эйдельман — пятьдесят девять, Володя Левертов — шестьдесят шесть. Мы-то, оставшиеся, уже имеем право пожить, заслужили, а те — поторопились, они еще имели право только жить!..

Игорь умер, и приехал Саня — познакомились. "Мы с тобой случайно в жизни встретились…"

Говорят, Саня хороший ученый. Не знаю — не компетентен. Но он, точно знаю, путешественник, океанолог, доктор наук, профессор, член Академии естественных наук. Саня — бард. Подразумевается — сочиняет песни и поет их под гитару. А играть на ней не умеет, и голос… Ну, голос… А мы слушаем, радуемся.

Вот одна из песен начала нашего знакомства "Жена французского посла": "Как высока грудь ее нагая, как… — и дальше начинается загадка — "нАга высокая нОга". "Как нага высокая нога" или, может, наоборот, "как нога высокая нага"? Аня, что сначала: «нога» или «нага»? Анна при поэте первый слушатель, первый критик, первый одобряющий, ободряющий, и она же первый хулитель, сама поэт — стало быть, на одних просторах их мысли и чувства блуждают, сталкиваются, обнимаются и расходятся. "Ань, в первом случае О или А?" — "Ну, конечно же. О". Ах, какая необязательная категоричность! "А почему?" — "Сначала суть, потом качество". — "А может, суть в наготе?" "Про наготу все уже было сказано, когда грудь описывал. А теперь перешел к другому центру красоты". — "В груди, может, важнее, что она высокая?" — "В груди все важно — и нагота, и высота. Он смотрит. Сначала одно, потом другое, но прежде всего, что другое, — нога. Сначала увидел, потом описал. А вообще пусть останется тайной. Хотя я писала: "Есть гармонический режим в освобождающейся тайне". Может, я и не права?" — "Ну вот, и тебе не ясно, хоть ты и поэт".
"Булат, а ты как думаешь, когда у Городницкого в "Жене французского посла" нога, а когда нага? В первом случае или во втором?" — "Да какая разница! Не забивай голову ни мне, ни себе. Пускай ученые на эту тему мыслят". — "Литературоведы?" — "Кто хочет". Булат не стал задумываться над чужими песнями: "Каждый пишет, как он дышит, каждый дышит, как он слышит". Нет, не так, кажется. "Каждый пишет, как он слышит…" Надо бы спросить у Булата… Нет, уже не спросишь…

Ну а что нам скажет Юлик Ким? "Это, как посмотреть. Я бы написал вначале, что она нАга. Грудь нагая — м-да… — и дальше иду по всей наготе героини. Спускаюсь взором и вижу ногу…" Ира Якир, жена Юлика, перебила: "Да нет же, Юлики! Сначала должна быть нОга. У Алика, по-моему, должно быть так. Во всяком случае, так я чувствую". Чувствует! Это уже поэтический подход!.. Каждый слышит, как он дышит… А, может, для Юлика как раз и нет проблемы. Почти как в песенке его: "Дорогой Юлик мой, ты меня послушай, если очень хочешь есть, ты бери и кушай…" Мол, чувствуй, как хочешь, мол, как дышишь, так и понимай. Да песенка-то совсем не про то…

<продолжение в следующем комментарии>

[egovoru.livejournal.com]

А кто третий на фото, в центре? И какой это год?

[tan-y.livejournal.com]

Спасибо за рассказ. А кто так верно сказал про пять Х? А фильм стоит смотреть?

[egovoru.livejournal.com]

"А кто так верно сказал про пять Х?"

Так Крелин же: это цитата из его книжки, полный текст которой открывается по ссылке из поста.

Что же касается фильма, то он неплохой, но Олег Ефремов очень мало похож на реального Михаила Жадкевича, и внешне, и манерой поведения.

[liber-polly.livejournal.com]

Я любила Крелина читать в 80-90. У мужа был родственник, который его знал, он «навел», и мы стали читать.

[egovoru.livejournal.com]

Я очень удивилась, когда моя университетская подруга тоже сказала, что она читала его книги и видела поставленный по одной из них фильм, но, похоже, они были в те времена действительно довольно популярны. Помню, какая-то из них печаталась в каком-то журнале. Но мне почему-то его книжки про врачей понравились как-то не очень, а вот эта мемуарная - да.

[riftsh.livejournal.com]

Я был в пятом или шестом классе, когда родители взяли у кого-то номера "Нового мира", в которых был напечатан "Хирург", и я тоже прочитал. А потом их передали следующим в очереди. Ощущения литературного шедевра и тогда не было, но вот что-то побуждало людей передавать эту книгу из рук в руки.

[xgrbml.livejournal.com]

Побуждало понятно что, мне кажется: время было такое, глухое. В легальной печати очень мало было минимально пристойного. Прошу прощения у хозяина блога, но это было то самое бесптичье, и по Маяковскому, и по неудобоцитируемой пословице.

[egovoru.livejournal.com]

"Хирурга" я как раз не читала, но прочла "Переливание сил" и "Письмо сыну", уже значительно позже. (А именно в "Хирурге", кажется, есть персонаж по имени Руслан - во всяком случае, где-то он должен быть - это мой отец; я помню разговоры об этом :)

Может, "Хирург" лучше, но "Переливание сил" и "Письмо сыну" не произвели на меня сильного впечатления. Помню, что вересаевские "Записки врача" понравились мне больше. Почему, трудно сказать. А почему люди вообще читают такое - я думаю, понятно: хирург ежедневно имеет дело с жизнью и смертью, а это не может нас не интересовать. Правда, в моем детстве жизнь и смерть пациентов и так постоянно обсуждалась за семейным столом, поэтому для меня в книгах о хирургах не было никакой новизны.

[rolf-steiger.livejournal.com]

Писать о своей работе намного проще, чем сочинять самому фабулу, сюжет и придумывать героев повествования. В том же жанре написаны и бывшие когда-то популярными сочинения Грековой (Е.Вентцель) "Кафедра". По большому счёту это ничем не отличается от "производственных поманов", которыми была полна литература "соцреализма". Одним из ярких представителей такого "производственного романа" был Штемлер с его бесконечными "универмагами", "таксопарками" и подобно же пошиба макулатурой. Под конец и он "прозрел", вспомнив, как страдал от своего еврейства и что всегда "не любил Советскую власть".
Разумеется, популярность заслужена не в последнюю очередь благодаря литературному таланту, но всё же это не настоящая литература, что создаёт миры и новые смыслы. Хотя и тоже интересная.)

[egovoru.livejournal.com]

"Писать о своей работе намного проще, чем сочинять самому фабулу, сюжет и придумывать героев повествования"

Ох, это сложный вопрос, в какой степени писатели придумывают то, что они пишут! Даже если это не производственный роман, а, скажем, фэнтези, все равно ведь там отражается, порой достаточно напрямую, жизненный опыт автора?

"В том же жанре написаны и бывшие когда-то популярными сочинения Грековой (Е.Вентцель) "Кафедра""

Самой повести я не читала, но видела ее экранизацию 1982 года, где главную роль замечательно сыграл Андрей Попов (это была его последняя работа в кино). Мне этот фильм очень понравился и не показался таким уж "производственным".

[almakedonskij.livejournal.com]

увлекательно. Спасибо!
Посмотрю Ефремова про Мишкина )

[egovoru.livejournal.com]

Это неплохой фильм, но каким-то особо выдающимся он мне не кажется, и Олег Ефремов внешне совершенно не похож на свой прототип :)