А бойтесь единственно только того

[egovoru]

У него была душа Кальвина: «А по-нашему, а по-моему: убежденность человека, что он нашел правоту – нормальное человеческое состояние. <…> Сознание, что жизнью своей служишь воле Бога – здоровое сознание всякого человека, понимающего Бога простым, отнюдь не гордостным сердцем».

Перо он приравнял к штыку: литература была для него лишь средством для достижения главной цели – разоблачения преступной советской власти. Самым важным его произведением я считаю «Архипелаг ГУЛАГ». Я не разделяю праведного гнева тех, кто находит в этом тексте фактические ошибки. Какой точности тут можно требовать, принимая во внимание, в каких условиях это писалось? У нас ведь и сейчас нет полной информации – и неизвестно, будет ли когда-нибудь.

Длинная, запущенная борода кажется мне физически отталкивающей и прочно ассоциируется с дикостью в самом плохом смысле этого слова. Не знаю, сознательно ли Солженицын, достигнув известного возраста, постарался придать своей внешности сходство с поздними портретами Льва Толстого, или тут сказалось их внутреннее родство. В том числе, мизогиния, явно чувствующаяся в солженицынских романах.

С этим выразительным портретом
вышел в свое время некролог на Кольте

Comments

[marigranula.livejournal.com]

В литературном плане мне кажется В круге первом самым сильным его произведением.
А в чем его мизогония, кстати?

[egovoru.livejournal.com]

"А в чем его мизогония, кстати?"

МизогИния (тот же греческий корень, что и в "гИнекологии"). Сильнее всего, на мой взгляд, она чувствуется у Солженицына в "Раковом корпусе" - например, вот в этом пассаже:

"Не сегодня, так в день какой-то другой - и Вега, тоже и Вега, легконогая, воодушевленная, с кофейно-светлыми глазами, вся чуждая земному праху - и она же выносит на эту веранду свою воздушную, нежную, прелестную - но постель.

Птица - не живет без гнезда, женщина - не живет без постели.
Будь ты трижды нетленна, будь ты трижды возвышенна - но куда ж тебе деться от восьми неизбежных ночных часов?".

Вот это представление, что женщина - существо сугубо плотское, приземленное, сосуд греха, в то время как мужчина - духовное, носитель высшего начала. В "Круге первом" эта мысль тоже присутствует.

[marigranula.livejournal.com]

Э.... Я не прочел в приведенном отрывке что женщина сосуд греха. Сам Солженицын описывает и Вегу и медсестру как гораздо более духовны чем большинство мужчин. В одной из ситуаций он четко пишет что ухажеры медсестры хотели только траха, а медсестра хотела более духовного.
И Вы бы могли назвать не мизогинический автора, для иллюстрации?

[egovoru.livejournal.com]

"Я не прочел в приведенном отрывке что женщина сосуд греха"

Должна признаться, что среди разнообразных обвинений в адрес Солженицына я не встречала такого, так что, по-видимому, далеко не все чувствуют то, что почувствовала у него я. Сначала у меня просто было ощущение, что в этих текстах (я имею в виду первые два романа, "Красное колесо" я не читала) что-то не так, но я никак не могла сформулировать, что именно. По зрелом размышлении я поняла, что по крайней мере это.

"Вы бы могли назвать не мизогинический автора, для иллюстрации?"

Это легко, потому что таковы большинство авторов. С ходу я не могу припомнить никого, кроме Льва Толстого и Солженицына, у которых в текстах чувствовалось бы недоверие и ненависть к женскому полу, как таковому. У Августа Стриндберга есть книжка, "Исповедь глупца", которая представляет собой просто клинический случай - ее практически невозможно читать. Но там я не уверена, что чувства героя следует приписывать самому автору: хотя книжка и написана от первого лица, это все же роман.

[egovoru.livejournal.com]

Случайно попалось в чужом блоге вот такое мнение (http://alexander-pavl.livejournal.com/172871.html?thread=7104327#t7104327) его хозяина:

"Проблема - в нутряной мизогинии всей русской литературы в целом. Ненависть к женщине пронизывает всю русскую литературу сверху донизу, так что и в советскую литературу выплеснулось и в кино отразилось."

Что скажете?

[hyperboreus.livejournal.com]

Вы, кажется, в каких-то комментариях высказывали недоумение по поводу его стиля - нарочитого, пересыщенного непонятными неологизмами, короче, вымороченного ))

[egovoru.livejournal.com]

Это мое замечание относилось к конкретному произведению, не художественному, а публицистическому - "Как нам обустроить Россию". В ранних рассказах и романах язык автора еще более или менее общеупотребительный - идея "расширения" русского языка пришла ему в голову позже. "Красное колесо" я читать уже не стала: его уныло восприняли даже восторженные поклонники Солженицына-писателя; возможно, там он выражается так же натужно, как в "Как нам обустроить".

[hyperboreus.livejournal.com]

Меня КК отпугивает прежде всего своим объемом. Язык-то я потяну, но вот объем!

[egovoru.livejournal.com]

Я-то в нынешнем возрасте вообще уже не способна читать романы, ни длинные, ни короткие :(

[egovoru.livejournal.com]

Вот интересно: неологизмы в "Как обустроить Россию" режут мне слух, а вот этот текст (https://www.stihi.ru/2006/06/09-1164), почти целиком состоящий из неологизмов, мне, наоборот, нравится ;) Видимо, это оттого, что у С. общий тон и содержание текста как-то не располагают к затрате усилий на расшифровку смысла слов, а у Х. - наоборот, на это настраивают. Но, может, дело и в качестве самих неологизмов, не знаю.

[hyperboreus.livejournal.com]

Что ж, ничего удивительного )
У них ведь разные цели. С. с помощью неологизмов пытается четче, как ему кажется, выразить свою мысль и тем сильнее воздействовать на ваш ум. А Х. пытается выразить невыразимое, воздействуя на вашу поэтическую душу. В первом случае ваш ум сопротивляется столь нарочитому вторжению, во втором - душа покоряется многомерной пластике языка.

[z-kir.livejournal.com]

Вы читали "Москву 2042"?

[tijd.livejournal.com]

Да, без Войновича Солженицыну войти в историю уже не удастся.

Я написал письмо Струве. Он мне вскоре ответил, что да, он совсем забыл, ИМКА должна мне "кучу денег" – целых... и назвал сумму, в тридцать раз меньше той, на которую я рассчитывал. Причём в старых франках, ещё бывших в обращении, но стоивших в 1000 раз меньше новых. Да ещё просил разрешения выплатить эту мелочь частями... В процессе дальнейшей перепалки я ему пригрозил судом. Правду сказать, блефовал. В расчёте на то, что испугается и отдаст мне не лишнее, а заработанное.
Он в самом деле испугался. И вдруг...
...И вдруг звонит мне в Германию Юрий Штейн.
Который считается родственником Солженицына, поскольку его жена Вероника Туркина приходится бывшей жене Солженицына Наталье Решетовской двоюродной сестрой.
– Слушай, я тут был у Исаича в Вермонте, а к нему как раз приехал Струве и жаловался на тебя, что ты собираешься подать на него в суд. Так вот Исаич просил меня передать тебе его мнение. Он мне его продиктовал и хочет, чтобы ты его записал. У тебя карандаш и бумага есть? Записывай.
Я сказал: "записываю", хотя делать этого не собирался. О чем потом пожалел. Все-таки документ следовало бы сохранить в подлинном виде. Но я не записал и воспроизвожу по памяти. Послание никакого обращения не содержало. Ни имени-отчества, ни просто имени и уж, конечно, принятого эпитета вроде "дорогой" или "уважаемый", а начиналось прямо со слова "стыдно". "Стыдно русскому писателю судиться с издателем из-за гонораров". И что-то ещё в этом духе, кратко, грубо и выразительно...
Это был, конечно, никакой не совет. Совет нормальный даётся всегда только с добрыми намерениями и хотя бы с приблизительным пониманием сути дела. Здесь не было ни того, ни другого.
Если я и рассердился, то в первую очередь на себя. Какой бы Солженицын ни был хам, он ведь не с каждым позволяет себе так обращаться. Неужели я дал ему повод думать, что со мной можно и так? ещё ведь и потому позволяет, что я вроде бы как свой.
Я, как мне кажется, человек тихий, вежливый, держусь скромно, производя на некоторых людей ошибочное впечатление. Но ведь и я, хотя в лагере не сидел, прошел школу жизни, где "феня" к иностранным языкам не относится.
– А у тебя есть бумага и карандаш? – спросил я вкрадчиво Штейна.
– Есть! – отозвался он по-военному.
– Тогда запиши мой ответ. Приготовился?
– Приготовился.
– Пиши...
Мой ответ был тоже кратким и очень невежливым. Меня потом некоторые люди спрашивали, как же это я посмел? А вот так и посмел.
Не ответить на такое обращение, ничем его не заслужив, я не мог, а другого ответа адресат бы не понял.
(В. Войнович. Портрет на фоне мифа.)

[retwizan.livejournal.com]

>без Войновича Солженицыну войти в историю уже не удастся.

Наоборот, разумеется.
Вовремя облаянный слон - залог бессмертия Моськи.

[tijd.livejournal.com]

История рассудит.

[egovoru.livejournal.com]

"без Войновича Солженицыну войти в историю уже не удастся"

Мало кто из писателей приложил столько сознательных усилий для того, чтобы "войти в историю", как Солженицын. Книги Войновича тут - капля в море.

Мне кажется очень характерным для С. эпизод, рассказанный Шаламовым (https://www.litmir.me/br/?b=122420&p=67):

"— При ваших стремлениях пророческого рода денег-то брать нельзя, это Вам надо знать заранее.
— Я немного взял…
Вот буквальный ответ, позорный.
Я хотел рассказать старый анекдот о невинной девушке ребенок которой так мало пищал, что даже не мог считаться ребенком. Можно считать, что его не было."

[marigranula.livejournal.com]

Солженицына и Синявский ведь критиковал, и за другие вещи чем Войнович.

[egovoru.livejournal.com]

"Вы читали "Москву 2042"?"

Нет, не читала. Я, увы, не поклонница литературного таланта Войновича, хотя как человек он мне симпатичен (http://egovoru.livejournal.com/95060.html). Я знаю, что в "Москве" у него вроде бы очень забавная карикатура на С., но, честно сказать, я не думаю, что я вынесла бы из чтения этого романа что-то для себя новое.

[z-kir.livejournal.com]

"Москва 2042" содержит очень смешную сатиру на нашу жизнь. По прошествии лет даже еще более смешную, на Солженицена (про бороду практически теми же самыми словами что и у вас), и как не парадоксально, на Путина)

<<не думаю, что я вынесла бы из чтения этого романа что-то для себя новое>>
Дык, с С. такая же проблема. Врядли кто-нибудь сейчас вынесет из чтения "Архипелага ГУЛАГа" что-то новое.

[http://users.livejournal.com/__alex_loki_/]

соЛЖЕницын .
неужели эту лживую мразь ещё кто-то читает и обсуждает ?

[cucundra69.livejournal.com]

Атож,читают,да еще как! Извращенцы и педики)))

[annutta-12.livejournal.com]

Солженицын как писатель ярко проявился в романе "В круге первом".

В "Архипелаге Гулаг" Солженицын рассказал о том, что скрывалось в Советском Союзе, и за что сразу же зацепились на Западе во времена холодной войны. Нужно сказать, что цифры, представленные в произведении (и опровергнутые сейчас, хотя, конечно, важно, что сам факт - это правда) как нельзя лучше отражали интересы Запада: можно было перевести внимание с немецких концлагерей и геноцида советского народа во время Второй Мировой на Сталина и Гулаг. И это удалось. Солженицына раздули на Западе, потому что им это было нужно.

Когда писатель приехал на родину в последние годы жизни, как я поняла, он был против того, что творилось в девяностые. Как-то слышала с ним интервью, где он открыл рот, чтобы покритиковать то ли приватизацию, то ли ещё что-то, и тут же интервью перестали показывать. Он уже никому не был нужен с его новой критикой.

[egovoru.livejournal.com]

"за что сразу же зацепились на Западе во времена холодной войны"

Отношение к Солженицыну, да и к советскому террору, на Западе - это отдельная сложная тема. Ее отчасти касается Энн Эпплбаум в предисловии к своей книжке, ссылку на текст которой любезно предоставил другой комментатор там вверху.

Меня же поражает то, что первые советские читатели Солженицына, те, кто прочел его рассказы, опубликованные Твардовским, столь высоко оценили именно их художественное качество, а не их тему. (То, что тема произвела впечатление разорвавшейся бомбы, я как раз хорошо понимаю и не удивляюсь). Например, буквально преклонялась перед гениальностью Солженицына-писателя Лидия Чуковская, повести которой, на мой взгляд, ничуть не хуже, а может, даже и лучше в художественном отношении, чем проза Солженицына. Я думаю, что тут мы все же имеем дело с результатом аберрации: впечатление от личного гражданского мужества автора принимают за восприятие его художественного таланта, а? С другой стороны, я ведь плохо представляю себе художественный уровень тогдашнего "Нового мира" - может, на его фоне проза С. действительно могла показаться шедевром?

"Он уже никому не был нужен с его новой критикой"

Ну, я бы так не сказала: заметьте, что ему тут же было пожаловано поместье, предоставлен неограниченный доступ к телеэкрану, его произведения были напечатаны миллионными тиражами и т.д. Другое дело, что в качестве позитивной программы его взгляды вызвали гораздо больше сомнений, чем его роль как разоблачителя преступлений советского режима.

[annutta-12.livejournal.com]

Нашла у него крамольную для многих сейчас мысль в "Как нам обустроить Россию"

Сегодня отделять Украину — значит резать через миллионы семей и людей: какая перемесь населения; целые области с русским 113 перевесом; сколько людей, затрудняющихся выбрать себе национальность из двух; сколькие — смешанного происхождения; сколько смешанных браков — да их никто «смешанными» до сих пор не считал. В толще основного населения нет и тени нетерпимости между украинцами и русскими.


Братья! Не надо этого жестокого раздела! — это помрачение коммунистических лет. Мы вместе перестрадали советское время, вместе попали в этот котлован — вместе и выберемся.

И за два века — какое множество выдающихся имён на пересечении наших двух культур. Как формулировал М.П. Драгоманов: «Неразделимо, но и не смесимо». С дружелюбием и радостью должен быть рас- пахнут путь украинской и белорусской культуре не только на территории Украины и Белоруссии, но и Великороссии.

Никакой насильственной русификации (но и никакой насильственной украинизации, как с конца 20-х годов), ничем не стеснённое развитие параллельных культур, и школьные классы на обоих языках, по выбору родителей. Конечно, если б украинский народ действительно пожелал от- делиться — никто не посмеет удерживать его силой. Но — разнообразна эта обширность, и только местное население может решать судьбу своей местности, своей области, — а каждое новообразуемое при том национальное меньшинство в этой местности — должно встретить такое же ненасилие к себе

[tijd.livejournal.com]

плохо представляю себе художественный уровень тогдашнего "Нового мира"

Уровень был высокий, насколько это было возможно. Не знаю, насколько это правда, но слышал, что своими литературными достоинствами "Один день Ивана Денисовича" во многом обязан большой редакторской правке Твардовского.