Три кольца – премудрым эльфам

[egovoru]

Книжка про муми-троллей, прочитанная в первом классе, меня пленила. Но «Хоббит», подсунутый восхищенными доброжелателями в студенческую пору, оставил вполне равнодушной. Так что нынешнее повальное увлечение фэнтези я наблюдаю со стороны, как врач – болезнь :)

Едва ли можно считать Дж. Р. Р. Толкина родоначальником жанра. Гомер, которого иногда указывают в этом качестве, тоже не годится – его современники наверняка воспринимали его поэмы как чистейший реализм. А вот «Сон в летнюю ночь» уже удовлетворяет всем критериям. Сам же Толкин своей «гоголевской шинелью» называл «Дом вольфингов» (1889) и другие подобные творения Уильяма Морриса.

Беспрецедентный взлет читательского интереса к произведениям такого рода в конце 20-го века заслуживает внимания социологов. Агрессивная реклама и кинопостановки сыграли, конечно, свою роль, но вряд ли это единственные причины.

Простое объяснение – удлинение периода детства у каждого нового поколения, вызванное необходимостью усваивать все больший объем знаний, накопленных человечеством. Сравнение фэнтези с научной фантастикой выявляет разочарование в техногенном прогрессе и страх перед будущим. А что еще здесь кроется, как по-вашему?

«Сон в летнюю ночь» в замечательной постановке Макса Рейнхардта

Comments

[hugan.livejournal.com]

хм.. у меня вот где-то на грани активной неприязни.. - но это, видимо, не в отношении фэнтези как такового, а в отношении определенной стилистики и образных рядов, определенного сорта романтизации, для фэнтези более или менее характерного. Попробую объяснить. Для лично себя мне, пожалуй, довольно равнодушно-неинтересно-безразлично. Но когда я вижу людей, поглощающих такую стилистику с удовольствием, мне это видеть почему-то неприятно, является даже какое-то не вполне здоровое ревностное желание чем-то эту тягу к сладкому перебить, предложить им какую-то лучшую альтернативу, как-то их в этой стилистике разочаровать.. - хотя я и знаю, что это обычно совершенно невозможно, во мне нет спокойного понимания, что это пройдет само. Мне кажетс, что не пройдет. В частности, мне чильно не хочется этой стилистики для своих (да и чужих, наверно) детей в том возрасте, когда они еще на это покупаются, и это может заместить какие-то более сложные вещи.. Мне эта стилистика кажется слишком потенциально какой-то ядовитой, как тот резко-розовый цвет, который придают "девчачим" игрушкам и который перебивает все остальные цвета, с которыми оказывается рядом.
ну, чтобы было, может быть, понятнее, попробую описать, несколько сгущая краски для болшей узнаваемости.. Нуу.. что это может быть.. - изящные и одновременно монструозные (это сочетание мне особенно неприятно) драконы с тонкими перепонками, крючьями и когтями, длинноволосые мужчины-"воины" с благообразными лицами и светлыми-светлыми глазами, "эльфийские" дамы с неопределенно-кукольным выряжением лиц.. - и все это в некоторой такой характерной романтической дымке и с усиленным краевым контрастом, причем небо обязательно более или менее анилиново-розово-фиолетовых цветов, а в нем непременно всякие огромные планеты полумесяцами.. - вот это все. И в таком розово-фиолетовом мире как-то имплицитно нет никакой перспективы, надежды, нет чего-то человеческого и живого, но при этом архетипическое так сверхконтрастно выпукло выделено, что перебивает все более или менее живое. А ведь архетипическое - это значит очень старое, чаще всего жестокое, как благородный поединок, негибкое и мертвящее, такое, которое в реальности давно преодолено, заржавело и заросло обычновенной, живой травой..

И вот почему-то подкупающая сила всякого такого образного ряда мне кажется достаточной, чтобы вклиниваться в детские впечатление вместо чего-то более живого, близкого к реальной земле, пыли, воде, надеждам и ожиданием реальной человеческой жизни, в которое есть мето разуму и человеческому достоинству, а не магии о рыцарской смертельной отваге..

То есть я отлично вижу и понимаю, что в чуть более долгосрочной перспективе эта розовая красивость блекнет и полностью исчерпывается, но мне почему-то не хочется и и вот этого следа.. Не пойму почему. Что-то явно личное

И поэтому-то я подозреваю себя в какой-то личной подавленной тенденции - если не ко всему этому, то, может юыть, к какой-то важной части. К желанию идеализировать? Упрощать? Не знаю. Или, может быть, какая-то личная амбивалентность к вот такому романтически-стервозно-нежно-агрессивному, коим вся эта стилистика пропитана.. Такое подозрение не выглядит вполне безосновательным, раз прилипчивость этой дешевой романтичности мне кажется столь существенной, что я (слегка навязчиво?) узнаю ее и эмоционально отторгаю.

Ведь романтизация чего-то - это как раз та идеализация, которая вот буквально порождает чудовищ (драконов?). Определенно что-то личное

ВОт.. Во всяком случае, определенно, не вполне равнодушие

При этом я предполагаю, что на других людей это совершенно не действует в тех личных смыслах, которые видятся мне, и далек от обобщения своего опыта до выводов о "вредности и опасности" фэнтези. Гладя на других весьма умных и симпатичных людей, приающих к фэнтези пристрастие, я только убеждаюсь, что это скорее у меня какое-то личное отравление.

[egovoru.livejournal.com]

"Мне эта стилистика кажется слишком потенциально какой-то ядовитой, как тот резко-розовый цвет, который придают "девчачим" игрушкам"

Отлично понимаю, о чем Вы говорите, но мне кажется, что дело тут не в жанре как таковом. Я хочу сказать, ведь в этой стилистике порой издают не только фэнтези, но и детективы - и даже классику, как это не печально :(

Вообще-то обычно я выступаю в защиту т.н. "массового" искусства и литературы - может быть, потому, что не хочу терять веры в человечество (в том смысле, что я верю, что и массовый вкус - не обязательно пошлый)? Но дожна признаться, что от подобных обложек и меня тошнит.

Вместе с тем, я отчасти даже завидую людям, которые находят во "Властелине колец" или "Гарри Поттере" вдохновляющие смыслы. У того нового поста по крайней мере два комментатора таковы, и я очень рада, что мне удалось вызвать их на откровенный разговор (а им - особая честь за то, что не испугались). Они вовсе не показались мне отравленными какой-то дешевой романтикой. Просто они в состоянии воспринять такой язык, а мы с Вами - нет.

Я, увы, неспособна воспринять еще многое: в частности, творчество Флобера и Джойса: обоих пыталась читать много раз, в разные периоды жизни - безнадежно. Или вот Пелевин: для многих моих ровесников (ну, может, для людей лет на пять помоложе) он - просто-таки голос поколения, но я совершенно не в состоянии его читать, для меня это какие-то многозначительные намеки на содержимое выеденного яйца :(

[hugan.livejournal.com]

"Отлично понимаю, о чем Вы говорите, но мне кажется, что дело тут не в жанре как таковом"
- да, да, мне тоже кажется, что это лишь косвенно связано с собственно фэнтези.

Во Властелине колец есть вещи, которые глубоко меня тронули - например, вот эта концовка, где Фродо после своего опыта с кольцом уже не модет вернуться к нормальной жизни, несмотря на все свое самоотречение, несмотря на то, что он пошел на это все именно ради всего того неромантического/негероического, хоббитского, подчеркнуто земного, даже земляного, мира, который он любит.. Но это, как мне кажется, как раз наиболее стилистически не-фэнтезийные какие-то вещи.., точки, где происходит разрыв жанрового шаблона и счастливый выход к реальности.

(И если так, то в жанровом шаблоне может быть, и нет ничего такого едкого. Просто определенный сеттинг, как и детектив, да..)

Ну, раз уж начал, поделюсь о Пелевине с Джойсом тоже. В Джойсе я полюбил вот эту.. хм.. смыслонавтику, блуждание по городу в Улиссе как по своему внутреннему миру. Это мне просто очень знакомо, и, да, это сильно на меня подействовало, совпало с личной потребностью, что ли. А Пелевин.. ох, позднего давно уже читать и не пытаюсь: когда пытался, вся еремя натыкался на какие-то игры с читателем, взятые из руководств то ли по гипнотерапии, то ли по модному некогда "НЛП". А вот ранний.. ранний мне во многих частях дорог (хотя многие "прикольно-актуальные" черты меня и там отталкивают, и вообще если бы убрать из текста многочисленные игры, аттракционы, глубокомысленные мысли о Тщете всего сущего (прошу немедленно отколдовать мне книгу обратно!!) и вообще "мемы и приколы" - стало бы сильно лучше..). При всем этом, мне кажется, в его ранних книгае есть некая тонкая и нетривиальныя поэзия, искренность и горечь. Вот этот предреволюционный город в Чапаеве, серый и сухой день накануне каких-то событий, помню оттуда полюбившуюся мне фразу "и тьма, странным образом проникающая в дневной свет".. Блоковско-пастернаковский такой мир.. Или посвящения Марку Аврелию в Насекомых, остывающий в сумерках асфальто санаторно-курортных дорожек, далекая музыка и огни дискотеки за темнеющей листвой, и иррациоальные молодые надежды и силы жизни, одушевляющие эти сумерки, и присутствие рядом уходящего в бесконечность теплого моря.. - "завтра улечу, // в солнечное лето, // буду делать все, что захочу", и необъяснимая высокая грусть отчего-то. Мне показалось справедливым суждение Дмитрия Быкова о Пелевине: он был рассчитан на более сложную и осмысленную жизнь, чем та, в которой оказался в 90е, и его вот эта поэзия, которая мне там виится - это именно поэзия тоски по сложному и осмысленному миру, который ожидался в детстве и молодости, но не наступил. Справедливости ради надо предположить, что, скорее всего, сложность и смысл не "исчезли в лихие 90е", как это принято считать, а они лишь оказалис неожиданными, не теми, к которым позднесоветский подросток мог быть готов.. - и потому недоступными.. Но изнутри этого не было видно, и вот эта видящяся мне у Пелевина поэзия - возникает из драмы потери надежд..

Думаю над словами о "истечении срока действия" художественной литературы. Иногда мне это кажется ужасным.. иногда, ч как-то смиряюсь, что "старому гнить, новому цвесть" (третьй Твин-Пикс на меня произвел сильное впечатление, хотя я затрудняюсь определить чем именно), а иногда кажется, что это просто неверно.. Вот не пойму..

[egovoru.livejournal.com]

"он был рассчитан на более сложную и осмысленную жизнь, чем та, в которой оказался в 90е, и его вот эта поэзия, которая мне там виится - это именно поэзия тоски по сложному и осмысленному миру, который ожидался в детстве и молодости, но не наступил"

Как бы то ни было, Пелевин попал в некий резонанс с общественным сознанием. Мне, однако, кажется, что "сложный и осмысленный мир" мы должны строить для себя сами; ожидание, что кто-то другой придет и построит его для нас - инфантильность, нет?

Я прочла только начало "Чапаева" - кажется, это произведение относят еще к раннему, "гениальному" Пелевину? Сразу поняла, что больше ничего у этого автора я не буду и пробовать читать - настолько это не мое. Стилистически не мое: какой-то сплошной, как говорит молодежь, стеб: словечка в простоте не скажет, все с ужимкой :(

"В Джойсе я полюбил вот эту.. хм.. смыслонавтику, блуждание по городу в Улиссе как по своему внутреннему миру"

А что скажете о Прусте? Для меня он - такое же no-no :(

[hugan.livejournal.com]

Пам по себе, наверно, Пруст мне несколько менее близок, но это главыум образом из-за личности персонажа - его вот ээ.. той тяги к контролю и зависимым отношениям (ну, Пленница-Беглянка). Устав от этй какой-то болезненой составляющей, до конца не дочитал, тем более что знал, что там в конце он, по иде, должен прийти к смыслу жизни через творчество без всяких личных отношений (коллизия казалась мне почему-то слишком уж избитой, хотя и ясно, что Тошнота Сартра написана была позже..)

Но вот метод Пруста мне, пожалуй, ближе, чем персонаж. И мне во-многом близко то, что говорит об этом Мамардашвили. Прежде всего вот это внимание к внезапно являющимся личным смыслам: не оставлять, пытаться понять, вытащить из прошлого, там что-то важное, что способно изменить в том числе и текущую жизнь.., что исподволь влияет на настоящее. Внимание к детству, вот это все кажется мне важным.. не помню где слышал, "иногда когда я вижу полосу косого вечернего света, пересекающую улицу, к глазам подступаю слезы" - вот эти вещи странной личной наполненности смыслом каких-то совершенно неожижанных вещей - и таким смылом, который для других, скорее всего, не существует.. Вот это мне у Пруста важно

А Чапаев.. Вы знаете, я просто вот эти все фокусы с аттракционами, которые действительно способны остановить чтение - я их как-то просто игнорировал. Собственно, в Чапаеве мне вот начало понравилось, а дальше.. ну.. так себе.. Да, дальше он, собственно, только из этих фокусов и состоит. Если я ничего не путаю
А, вот, сообразил, за что я у Пелевина прозал и терпет все эьти штуки. У него есть несколько ранних рассказов. Средии инх - есть такой Жизнь и приключения сарая номер 12 - о том, как вещи хранят смыслы из детства, о том, как с взрослением происходит предательство этих смыслов - так как-то компактно выразилась, может быть, основная пелевинская коллизия. И это как-то очень совпало с какой-то моей личной грустью взросления.. Вот из-за этого и несокльких смежных рассказов я как-то проникся. И из общей смеси просто брал то, что имело для меня смысл, а остальное игнорировал как просто ненужное..

[egovoru.livejournal.com]

"не оставлять, пытаться понять, вытащить из прошлого, там что-то важное, что способно изменить в том числе и текущую жизнь.., что исподволь влияет на настоящее"

Да, это должно быть Вам близко, потому что это же, в сущности - чистейший Фрейд.

"У него есть несколько ранних рассказов"

Мне говорили, что еще один его хороший ранний рассказ - "Затворник и Шестипалый". Но мне все равно не захотелось его читать - даже тогда, когда я еще читала художественную литературу, потому что автору, который написал хороший рассказ, а потом стал писать такое, как то, что я прочла в "Чапаеве", элементарно изменяет вкус - ну, или его одолевает графомания.

Мне кажется, это вообще характерно для современных российских писателей: скажем, Акунин и Улицкая вроде бы тоже не лишены таланта, но они не в состоянии отличить, когда у них самих получается, а когда - нет :(

[hugan.livejournal.com]

да, да, именно в смысле Фрейда, прояснения семантики, понимания, что же нужно мне самому.., зачем мне самому все это.. зачем вообще что-либо..

О Пелевине - ну да, какая-то коммерциализация, что ли.. Хотя критики, кажется, говорят, что сейчас он в чем-то возвращается к своему раннему лиризму.. Но что-то мне уже не охота: если говорят о возвращении, то это, во всяком случае, не ново.

Если я не путаю ничего, Затворник и Шестипалый скорее некая притчеобразная история про побег из курятника.. Мне Пелевин нравился не этим. Не изобретательностью, не притчами.. - а теми местами, где ему давалась сложная искренность..


"не в состоянии отличить, когда у них самих получается, а когда - нет"
- поражен точностью формулировки

[egovoru.livejournal.com]

"Думаю над словами о "истечении срока действия" художественной литературы"

Меня скорее беспокоит отмирание литературы как таковой: то есть, нашей способности создавать и воспринимать тексты. Конечно, опасность этого пока довольно отдаленная, но мне кажется, что письменность и сделала нас людьми в полном смысле этого слова, так что утрата ее вызовет уж слишком радикальные последствия.

[hugan.livejournal.com]

меня отчасти примиряет с этими радикальными последствиями то, что определенно останется музыка. И останутся визуальные искусства.. Полоска света через дорогу.. рембрандтовский теплый мрак..

Но мне почему-то кажется, падение интереса к текстам - это не падегие интереса к слову, к письменности как медиа. Мне кажется что-то другое. ВОт вы писали в другом месте - везде повторы, штампы.. и вот это мне показалось жутко знакомым, и я почувствовал, что вот это останавливает чтение, именно это. Тогда как визуальные искусства содержат выразительыные средства более прямого действия, которые не так легко исчерпать

Мне, кстати, кажутся интересными попытки комплексного воздействия сразу в разных контекстах и на разных уровнях слодности, по разным каналам. Лучшие образцы массовой культуры ведь так и действуют: интерес генерируется на разных уровнях, простых и сложных (мне кажется, массовая культура быстро услождняется, приобретает себе высокие сложные уровни почти как у академического искусства, но при этом не рпсстается и с тем, что делает его массовым). Но ведь такие комплексные вещи действительно сложно создавать, это не бывает написано "в порыве вдохновения", непосредственно.. И это ведь должен быть не набор, опять же, атракционов "для разных типов публики" (такой прагматизм и заметен и отталкивающ, как раз Пелевин его пример), а это некоторая целостность разных воздействующих средств.. Но я ума не приложу, как люди создают такую образно-смысловую полифонию (вот опять вспоминается последний Твин-пикс). А может быть ключ к этому - как раз отсутствие брезгливости перед "дурновкусием", простыми средствами.. Нек могу нарадоваться, что, кажется, наконец-то по-настоящему приходит толерантность и люди перестают грызть друг друга за вкусы и пристрастия по механизму "стыдно такое читать/смотреть/слушать"..

[egovoru.livejournal.com]

"ВОт вы писали в другом месте - везде повторы, штампы.. и вот это мне показалось жутко знакомым, и я почувствовал, что вот это останавливает чтение"

Это, мне кажется, просто следствие возраста - вернее, результат прочтения энного числа художественных книг. В юности я была очень восприимчива к художественной литературе, и книги, прочитанные тогда, и сейчас нисколько не утратили своего эффекта.

"массовая культура быстро услождняется, приобретает себе высокие сложные уровни почти как у академического искусства, но при этом не рпсстается и с тем, что делает его массовым"

Меня поражают успехи современного сериального кино - конкретно, английского. Тот же "Полдарк", с которого начинается мой второй пост о фэнтези, никак не назовешь примитивной поделкой - при том, что это, безусловно, произведение самой массовой культуры. И это далеко не единственный пример!

"наконец-то по-настоящему приходит толерантность и люди перестают грызть друг друга за вкусы и пристрастия"

Хорошо бы, если так :)