И мысленному взору рисуется
Aug. 2nd, 2014 07:31 amРазница не в том, что Аристотель не ставил опытов: "более прилежных натуралистов, чем греки, начиная с Гомера, трудно вообразить", пишет Ахутин. Непонятно, правда, зачем это было нужно - ведь, согласно автору, опыты не рассматривались древними как средство для достижения цели, которая заключалась в "мысленном созерцании сущего в его неделимой неприкосновенности и самодовлеющей обособленности, исключающих возможность какого бы то ни было вмешательства в него". Кажется, это мы называем медитацией?
Мне не хватает философского образования, чтобы как следует разобраться, но, на мой взгляд, различие между Аристотелем и Галилеем отражает разницу представлений о природе идей. Мысленное созерцание - способ выявления идеальных сущностей; если же таких сущностей нет, то нам самим приходится их создавать - путем подгонки под результаты эксперимента.
no subject
Date: 2014-08-04 06:20 pm (UTC)Высказывание Паскаля использовал ван Фраассен в начале своей книги Empirical stance. Он обыграл высказывание Ницше Бог умер, но у ван Фраассена как раз умер бог философов. Хотя с другой стороны при рассмотрении пари Паскаля, ван Фраассен подчеркивает, что пари Паскаля уже не означает, что человек должен обязательно выбрать христианского бога, уже можно представить себе альтернативы. В этом отношении надежды Ансельма и Фомы не оправдались: в отношении веры остаются варианты.
no subject
Date: 2014-08-05 07:55 am (UTC)-----------------
Любопытно, какую же альтернативу выбрал для себя сам ван Фраасен.:))
В русском контексте я как-то особых альтернатив не вижу, ну вот перебираю известные имена: Ахматова, Бунин, Мережковский и Гиппиус, Мандельштам, Пастернак, Бродский - все из "нашего лагеря", только Волошин был антропософ, ну и Розанов, уже тяжело больной, говорил Бердяеву: "Я теперь всё богу молюсь, но не вашему, а Осирису, Осирису...", а из атеистов найдёшь только какую-нибудь дуру Берберову. И не видно, чтобы какие-то стОящие альтернативы появились за последний век.
Но Ньютон был, конечно, еретик. Правда, свободу человека ему никогда не приходило в голову отрицать, чем он был очень неудобен для идиотов-детерминистов, начиная с Вольтера.