Быть может, прежде губ уже родился шепот

[egovoru]

«Априорное знание» – еще один загадочный для меня кантианский термин. Это «знание, безусловно независимое от всякого опыта»; его отличительные признаки – необходимость и строгая всеобщность. К нему Кант относит не только «все утверждения математики», но и физические законы:

«Я приведу в виде примеров лишь несколько суждений: «при всех изменениях телесного мира количество материи остается неизменным» или «при всякой передаче движения действие и противодействие всегда должны быть равны друг другу». В обоих этих суждениях очевидны не только необходимость, стало быть, априорное происхождение их, но и их синтетический характер».

То есть, у Канта физический закон не требует экспериментальной проверки. Примечательно, что он упоминает процедуру индукции, но считает, что она дает только «условную всеобщность». А между тем, ведь даже математику трудно назвать «безусловно независимой от опыта», если задуматься о происхождении, например, аксиом эвклидовой геометрии.

На мой взгляд, знание, лучше всего удовлетворяющее кантианскому критерию априорности – то, которым обладает новорожденный младенец. Но как выяснить, что именно знает младенец – у него же не спросишь? Бессловесный младенец умеет смотреть – и дольше не отрывает взгляд от того, что вызывает у него удивление.

Например, если показать ему предмет, лежащий на столе (а на самом деле незаметно подвешенный на нитке), и потом стол осторожно убрать, то младенец будет очень долго смотреть на предмет, удерживающийся в воздухе без всякой опоры. Иными словами, у новорожденного уже присутствует «априорное знание» (результат предшествующей биологической эволюции), что этого не может быть, потому что не может быть никогда. Но, наверное, даже и это знание стоит все же признать результатом опыта – опыта предыдущих поколений, стоившего жизни иным их представителям?

Юбилейная серебряная монета с портретом Канта
(фото Berlin-George via Wiki Commons)

Comments

[a-gorb.livejournal.com]

”В биологии рассуждения обычно производятся в обратном порядке, т.е., наблюдают некое явление, а затем пытаются найти ему объяснение (отыскать причину). ”
Это не только в биологии. В астрономии почти всегда так. В физике – часто так же. Обнаружено явление, фотоэффект, эмпирически исследованы его законы. Почему они таки – сразу непонятно. Формулируются аксиомы, делаются логические выводы, которые совпадают с данным наблюдений. Аксиома оказалась столь важной, что в результате заслужила Нобелевскую премию (Эйнштейн, 1921).

”Назвать наследственную изменчивость или дифференциальное размножение аксиомами как-то не поворачивается язык, потому что это ведь были гипотезы, которые нужно было проверять экспериментально (что и было впоследствии проделано). ”
А почему их собственно нельзя назвать аксиомами? Ведь на возможность быть аксиомой никак не влияет то, проверена она экспериментально сразу или позже, или вообще непроверенна непосредственно. Главное – можно ли на основе аксиом строить логические выводы (непротиворечивость и полнота). Если можно, то это неплохая система аксиом. А вот выводы можно и нужно (если это естественные науки, а не чистая логика или математика) уже проверять экспериментально.


На мой взгляд, та система аксиом, которую я тут привел, позволяет:
”объяснить видимую приспособленность живых организмов к условиям среды обитания”, ”Логически вывести существование полового … отбора”. По моему, это все следует из этих аксиом.
Дедуктивная схема имеет примерно такой вид:
Предположим, что у некой особи в потомстве произошло видоизменение некого признака (это возможно в силу аксиомы 1), который дает этой особи некое пусть даже небольшое преимущество в получении некого ресурса из окружающей среды (в силу аксиомы 2 и частично 3). Это преимущество повышает вероятность этой особи выжить и произвести потомство. Это изменение признака может быть передано потомству (аксиома 1). Поскольку ресурсов на всех не хватает (аксиома 2), то вероятность произвести потомство у особей, не имеющих такого изменения признака меньше, они не обладают данным преимуществом (аксиома 3). Поэтому в целом возникает повышенная вероятность появления и закрепления этого видоизмененного признака в следующих поколениях. Но, по условию, это признак дает преимущества в получении ресурсов из окружающей среды. Последние два предложения можно кратко обозначить, как повышение приспособленность живых организмов к условиям среды обитания. Вот как-то так:)

” Что же касается искусственного отбора, то, понятно, его появление связано с появлением существ, способных к целеполаганию, то есть, нас, а разве можно логически вывести появление человека из наличия наследственной изменчивости и отбора? ”
Для искусственного отбора наличие человека я считал как нечто внешне данное. Я просто хотел сказать, что эти же самые аксиомы ничем не хуже объясняют искусственный отбор.

”Наконец, направленная изменчивость видов во многих поколениях. Я не совсем уверена, что правильно поняла, что Вы имеете тут в виду,”
То, что увеличивается «приспособленность живых организмов к условиям среды обитания».

” Как можно заметить, такая формулировка позволяет избежать слов "борьба за существование" и даже "естественный отбор" ”
Меня эти слова не коробят:) Это просто термины, а в науке сплошь и рядом термины оказываются неудачными. Более того, неудачными настолько, что их буквальное понимание может вводить в заблуждение.

[egovoru.livejournal.com]

"По моему, это все следует из этих аксиом"

Я согласна с Вами, что естественный отбор логически следует из наличия наследственной изменчивости - при условии, что эта изменчивость влияет на выживание (т.е., эту изменчивость проявляет некий адаптивный признак). Но то обстоятельство, что мы отнюдь не принимаем такую наследственную изменчивость на веру, все же не позволяет называть ее "аксиомой".

В математике вопрос о справедливости аксиомы даже не ставится; эта справедливость принимается чисто условно. Опирающиеся на эту аксиомы теоремы все равно будут иметь ценность (будут истинны), даже если мы параллельно будем развивать систему, базирующуюся на другом наборе аксиом. Утверждение же о наличии наследственной изменчивости полезно тогда и только тогда, если нам удается подтвердить его экспериментально; если нет, в нем нет вовсе никакой ценности - оно не истинно ни в каком смысле.

В целом можно сказать, что в биологии практически все утверждения требуют непосредственной проверки опытом; почти никакие из них нельзя вывести из каких-то других утверждений. Что и делает биологию предметом, трудным для изучения: почти все ее обобщения надо просто запоминать, а не выводить из каких-то более элементарных :(

[a-gorb.livejournal.com]

”В математике вопрос о справедливости аксиомы даже не ставится; эта справедливость принимается чисто условно. Опирающиеся на эту аксиомы теоремы все равно будут иметь ценность (будут истинны), даже если мы параллельно будем развивать систему, базирующуюся на другом наборе аксиом. Утверждение же о наличии наследственной изменчивости полезно тогда и только тогда, если нам удается подтвердить его экспериментально; если нет, в нем нет вовсе никакой ценности - оно не истинно ни в каком смысле. ”
Ээээ ... Ценности, говорите. Мне вот, когда я познакомился с теорией Дарвина, как раз больше всего поразило, что из этих несложных положений (утверждение же о наличии наследственной изменчивости и т.д., что я ранее попытался сформулировать) все другие довольно сложные выводы типа эволюция и приспособленность живых организмов к условиям среды обитания получаются как дедуктивные выводы. Т.е. в теории Дарвина меня больше всего зацепила именно ее логическая стройность. И еще зацепил такой момент, что из чисто случайной изменчивости получается направленное движение к приспособленности. И такая теория имеет самостоятельную ценность независимо от того, верна ли она в биологии.

”Что и делает биологию предметом, трудным для изучения: почти все ее обобщения надо просто запоминать, а не выводить из каких-то более элементарных :( ”
Не могли бы вы привести пример, что бы было понятнее. Ведь даже в такой чисто дедуктивной системе, как геометрия, приходится запоминать очень много чего: формулировки теорем (их сотни), хотя бы основные идеи, как доказываются эти теоремы, различные определения. Да, конечно, в принципе, человек способен все это сам вывести из аксиом и вроде бы, можно обойтись без запоминания. Но боюсь, что время нужное человеку, что бы сделать такой вывод составит несколько десятков лет. Так что приходится запоминать. А если взять математику в объеме инженерных специальностей вуза, то там запоминать приходится соответственно еще больше.

[egovoru.livejournal.com]

"в теории Дарвина меня больше всего зацепила именно ее логическая стройность. И еще зацепил такой момент, что из чисто случайной изменчивости получается направленное движение к приспособленности. И такая теория имеет самостоятельную ценность независимо от того, верна ли она в биологии"

Вы совершенно правы, считая идею Дарвина о естественном отборе как механизме появления приспособленности одной из самых глубоких идей в биологии (если не самую глубокую). Вы правы также и в том, что влияние этой идеи распространилось далеко за пределы биологии, изменив наш способ рассуждения во многих других областях знания, от космологии до лингвистики. Задним числом даже непонятно, почему до столь простой и мощной мысли не додумались раньше - но это всегда бывает так с по-настоящему великими мыслями :)

Тем не менее, нужно помнить, что наблюдаемые особенности живого вовсе не следуют автоматически из существования естественного отбора, как одна теорема с необходимостью следует из другой. Каждый раз, когда мы наблюдаем какое-то свойство (возьмем ту же длинную шею жирафа), мы должны отдельно доказывать, что она является результатом отбора, потому что с тем же успехом она может быть результатом случайности.

Например, на популяцию предков жирафов упал метеорит, и среди тех, кого он прикончил, случайным образом оказалось больше короткошеих, так что длинношеие случайно выжили. Это небольшое случайное изменение частоты втречаемости разных аллелей может иметь очень далеко идущие эволюционные последствия.