Звезд в ковше Медведицы семь
Feb. 24th, 2016 08:21 pmИз всех чисел первой десятки единица вызывает у нас самые сильные страсти: от «единица – вздор» до «ты царь, живи один». Из-за двусторонней симметрии нашего тела нам везде мерещится дихотомия: право – лево, день – ночь, добро – зло. Четыре – число наших конечностей, ножек у стола и колес у машины; даже Евангелия у нас четыре – для вящей устойчивости. Пять и десять – это число пальцев на одной и двух руках, соответственно, и потому – основа нашей самой распространенной системы счисления.

Ursa Major из атласа Гевелиуса (1690)
Но вот чем объяснить нашу любовь к трем апельсинам и семи, никак анатомически не обусловленным простым числам? Мы врем с три короба, соображаем на троих, блуждаем в трех соснах. Отмеряем семь раз, до небес у нас – семь верст, а на неделе – семь пятниц. Почему не четыре в первом случае и не шесть или восемь во втором? Тем более, что шесть – единственное число из первой десятки, имеющее два некратных делителя (кроме себя самого и единицы), и именно так мы измеряем время.

no subject
Date: 2016-02-26 11:09 pm (UTC)А вот один мужик настолько заинтересовался этим, что создал сайт (http://pages.bloomsbury.com/favouritenumber), где предложил всем желающим назвать свое любимое число - не обязательно из первой десятки - и собрал 13000 голосов. И какое, Вы думаете, число заняло первое место? Семь! А сразу за ним - три ;)
В этом коротеньком видео, посвященном семерке, он тоже упоминает семь планет, но считает, что более вероятная причина - чисто математическая: все остальные числа в первой десятке либо при удвоении, либо при делении на два или на три дают другое число, не выходящее за первую десятку, и только для семерки это не так.
Это объяснение кажется мне слишком сложным, но я тоже думаю, что дело тут именно в свойствах самого числа. Самое большое в первой десятке простое число кажется нам чем-то привлекательным :)