Лишь тот, кто некогда тебя сюда забросил

[egovoru]

Идея Нового завета, что раскаявшийся грешник угоднее Богу, чем даже праведник, и была одной из главных причин популярности нового учения, как я себе представляю. Идея эта дейтвительно на редкость плодотворная, поскольку она предоставляет возможность выхода из любой моральной катастрофы. Тем труднее представить, как в лоне христианства могла зародиться противоположная идея предопределения, которая ставит крест на всех надеждах. Что, собственно, могла она противопоставить такого привлекательного психологически, что могло скомпенсировать урон, нанесенный исключением возможности покаяния?

Конечно, уверенность в своей принадлежности к категории праведников дает определенные психологические преимущества, но откуда же ее взять? На какие свидетельства она может опираться? А ведь если она оказывается хоть чуть-чуть поколебленной, это означает абсолютный крах всего мировоззрения, из которого единственный выход – самоубийство. Однако, насколько я понимаю, массовых самоубийств среди приверженцев кальвинизма вовсе не наблюдалось – следовательно, что-то предохраняло их от такого исхода. Возможно, дело в том, что в отсутствие признания эмпирической природы мировоззрения, т.е., его зависимости от опыта, вероятность такой кардинальной перемены мировоззрения очень мала.

Деталь фрески Джотто "Noli me tangere"
из Базилики Сан-Франческо в Ассизи. 1320-е (фото Web Gallery of Art)

Comments

[anti-tanatos.livejournal.com]

Размышление о мире после собственной смерти – это собственное размышление и, следовательно, размышление о самом себе. Конечно, так могут размышлять все. Но некоторые все-таки обращают внимание, что получается самообман (Фрейд, например, разоблачение которым этого самообмана у меня неоднократно процитировано). И вот принципиальная возможность для каждого из нас ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ является решающим обстоятельством. Ибо основной вопрос нашего самоопределения стоит так: принимаем ли мы в качестве высшей моральной ценности истину или нет?

Великое множество людей в качестве высшей ценности выбирает выгоду и, как следствие, самообман. Они убеждены, что их существование будет продолжаться бесконечно долго и даже сами не замечают этого, руководствуясь иллюзией возможности воображать мир без самого себя. Ну и что? Разве это аргумент? Желание быть как все – одно из следствий ориентации на выгоду.

В свете очевидного отказа Вами признать в себе иллюзию бесконечного существования Ваши рассуждения об интересе к проблемам человеческого поведения смешны. Что может понять в самом себе человек, который сам себя обманывает? Куда он может пойти дальше таких поверхностных заключений, как это Ваше "религия один из элементов поведенческого контроля". После фундаментальных открытий Гуссерля прошло уже сто лет, а Вы всё еще не в состоянии выйти из натуралистической установки, чтобы видеть свое подлинное существование и понимать сознание без предпосылок и иллюзий (то бишь иначе, чем Вас научили в эсэсэре).

У меня больше нет вопросов.

[egovoru.livejournal.com]

"принимаем ли мы в качестве высшей моральной ценности истину или нет?"

Боюсь, что подобный вопрос вызывает, в свою очередь, встречный вопрос: а что есть истина?

Еще хотела задать Вам вопрос, выходящий за рамки обычно обсуждаемых в ЖЖ. Простите великодушно, если он покажется Вам слишком бесцеремонным.

С чем связано Ваше собственное столь пристальное внимание к теме смерти? И основное содержание Вашего журнала, и Ваши ник и аватар с несомненностью говорят о таком интересе, так что невольно начинаешь думать, что за этим кроется какое-то личное переживание.

[anti-tanatos.livejournal.com]

Истина есть то, что принимается сразу (узнается), и в чем человек при всем желании не может усомниться, ибо она очевидна и логически неопровержима (аподиктична). У нас уже был разговор на эту тему, это ведь концепция Гуссерля, восходящая к Декарту. Убедительный пример истины – ощущение своей смерти. Свою смерть узнают сразу даже дети, в тот же миг, когда ощущение ее впервые к ним приходит.

Абсолютное большинство людей бегут от этой истины, и это бегство как раз и означает отказ от истины в качестве высшей ценности. Вся остальная ложь рождается потом - как следствие. Именно с этой мыслью связан мой интерес к теме смерти, а как следствие, к феноменологии, ибо никакого объяснения смерти в натуралистической установке и, значит, в естественнонаучных теориях нет и быть не может.

Так что Вы правы: за интересом к названной теме кроется личное переживание – ощущение смерти. Объяснить же, почему меня, в отличие от многих других, оно так увлекло, затрудняюсь. Много факторов сказалось: и пережитая в раннем детстве семейная трагедия и приобретенная в юности болезнь сердца… Но эти беды ведь не меня одного постигали, так что не очень убедительно получается.

[egovoru.livejournal.com]

"Свою смерть узнают сразу даже дети, в тот же миг, когда ощущение ее впервые к ним приходит"

Правильно ли я Вас понимаю, что Вы считаете, что Маугли, выращенный в отсутствие других людей, тоже имел бы представление о собственной смертности?

Мне же, напротив, кажется, что это представление входит в набор культурно-обусловленных. Но я понимаю, что проверить это утверждение на опыте очень сложно - мы не можем намеренно выращивать некоторых детей в условиях Маугли, что проверить, осознают ли они самостоятельно собственную смертность.

"Но эти беды ведь не меня одного постигали, так что не очень убедительно получается"

По-видимому, Вы оказались к ним более восприимчивы, чем другие. Хорошо, что Вы нашли способ с ними справляться.

[anti-tanatos.livejournal.com]

Чтобы осознать свою смерть надо обладать сознанием, а им обладает только человек. Это по Гуссерлю. По Хайдеггеру, в сущности, то же самое: существование ЧЕЛОВЕКА организуется направленностью на свою смерть, оно есть бытие-к-смерти. Человеком же ребенок становится, только вырастая среди людей, так что Маугли ничего не мог знать о своей смерти. Ну, а что касается мысли об экспериментальной проверке, то это – Ваша мысль, мысль биолога. К феноменологии она не имеет никакого отношения, там все исследования ведутся на основе совсем другого опыта (не физического) – опыта рефлексии.

Хотелось бы еще отметить в связи с последними Вашими словами, что феноменология - это не способ справляться с тяжелыми переживаниями, а средство постижения бытия.