В мои лета не должно

[egovoru]

Законный вопрос: а имеем ли мы вообще право судить произведения искусства? Может, в силу своей неразвитости («Мне кажется, лицо немного криво...») мы иногда просто не способны понять, «что хотел сказать художник»? Бывает, конечно, и так. В любом случае наша оценка ограничена нашим генотипом и нашим неизбежно куцым жизненным опытом. И все-таки, мне кажется, мы не просто имеем право судить, а это — наш долг. Научная истина рождается в эксперименте, а художественная — во взаимодействии художника и зрителя. И зрителю здесь принадлежит не менее активная роль, чем самому творцу. Причем это касается не только искусства: у народа вообще есть долг по отношению к своему герою.

Давид Самойлов отчетливо понял это, задумавшись о своем отношении к Солженицыну:

«Вопрос о нравственной оценке чрезвычайно остро стоит в нашем так называемом мыслящем обществе. По существу, оно отказывается от оценок, не берется оценивать действующую личность и ее проповедь, полагая, что бездействующие не смеют оценивать действующих, не совершившие — свершивших. Это настоящая чепуха. Нравственная оценка — тоже действие, и немаловажное. Отказ от оценки по существу — еще раз отказ от действия. Своеволие действующих в атмосфере отказа общества от нравственной оценки приводит к такому уродству, как процесс Якира, утверждающий безнравственность как норму.

Мыслящее общество обязано взять на себя тяжесть нравственной оценки. Высокая среда в России всегда была склонна к объяснению личности, в силу интеллигентской традиции и чувства внутренней вины за бездействие. Среда эта склонна к объяснениям и оправданиям. Оценка же отдается на волю низшей среды, с ее неумением и нежеланием ничто объяснять, с ее низкими нравственными критериями. Отдавая оценку на волю низшей среды — высшая совершает великое общественное преступление, в частности преступление перед действующей личностью, лишая ее нравственных ориентиров, превращая в оракула.

Солженицын совершил для нашего общества великое дело. Наше общество не помогло ему своей нелицеприятной оценкой. Так оформился Солженицын — проповедник, качество которого ниже его гражданских качеств. И виноваты в этом и мы, его современники».

Давид Самойлов в своем кабинете (фото с сайта Культура.рф)

Comments

[egovoru.livejournal.com]

Но ведь бывает и наоборот: ведь то, что ты "прочел/просмотрел/прослушал" могло быть и откровенным промыванием мозгов, и тогда твое восприятие не только не обогащается, а наоборот, только извращается им?

Скажем, у того же Давида Самойлова в воспоминаниях есть очень прочувстованный пассаж о том, как он, оглядываясь на собственную юность, теперь не может понять, как, при жизни Пастернака и Ахматовой, он и его друзья, молодые поэты, могли ориентироваться на совершенно другие образцы. И они ведь были совсем не дураки...

[nebos-avos.livejournal.com]

Чтобы не извратилось, читать надо очень долго! По себе сужу. Очень мало у кого хороший вкус бывает врожденным - обычно он нарабатывается с годами.

[egovoru.livejournal.com]

Да, мне тоже иногда кажется, что с годами мой вкус улучшился, но как это проверить? Как нельзя дважды войти в одну реку, так нельзя и дважды предъявить индивидууму одно и то же произведение - чтобы сравнить его реакцию на разных этапах развития.

А иногда мне, наоборот, кажется, что "каким он был, таким остался", и что художественные предпочтения формируются очень рано, в младенчестве, когда они еще совершенно не осознаются, а потом уже существенно не меняются.