Надежда, я вернусь тогда

[egovoru]

Эта замечательная песня о жизни и смерти здорово навредила репутации своего автора. Более того, «комиссары в пыльных шлемах» превратились в клише, которое теперь бросают в лицо всякому, кого хотят обвинить в идеологических грехах. А ведь представлению о лирическом герое обучают еще в школе!

Пытаюсь вспомнить, кому же первому пригрезилось здесь прославление комиссаров? Вроде была какая-то статья в перестроечном журнале, но кто был ее автором? Куда более адекватным мне кажется анализ Екатерины Семеновой:

«Скажем, в «Сентиментальном марше» нет ни революционной агрессивности (никаких «ваше / слово, товарищ маузер»), ни своего рода предвкушения грядущих завоеваний, результата жертвы (как в поэме «Хорошо!») – такой «минус-прием», ощутимый на фоне историко-культурного контекста, на фоне традиционной агрессивности революции. В этом контексте четко ощутима ситуация выбора (вне контекста она была бы невозможна). Автор солидаризуется не с Маяковским и не с известным лозунгом «Железной рукой загоним человечество к счастью».

И понятно, почему никаких предвкушений нет. В этой песне время кончается в момент смерти персонажа, когда он «все равно падет», пусть даже до этого пройдет «целый век», и никаких предвкушений быть не может; вспомним позднейший «Разговор перед боем», там то же самое: «Господин генерал, будет вам победа, / да придется ли мне с вами пировать?». Абсолютная ценность жизни, в пределах которой разворачивается все и вне которой просто ничего нет, заставляет говорить о милующей интенции этой вещи и других его песен».

Песня прозвучала у Хуциева в фильме, но написана была, если я правильно понимаю, не специально для него, а несколькими годами раньше, и посвящена Евгению Евтушенко. Не знает ли кто-нибудь из вас, уважаемые френды, конкретных обстоятельств ее создания?

Окуджавская муза в целом довольно меланхолична, и эта бодрая, оптимистическая песня – одно из немногих исключений. Мне жаль, что из нее сделали жупел. А что до комиссаров в ней, то для меня они означают решимость автора мужественно принять на себя ответственность за свою историю, как личную, так и историю своей страны, какой бы она ни была.

Фрагмент из фильма «Застава Ильича» / «Мне двадцать лет»

Comments

[gg59.livejournal.com]

Пожалуйста, извините за длинную цитату. Я надергал у автора, надеюсь, корректно.

Надежда Мандельштам "Вторая книга".
"Сравнивая поэта с актером, я имела в виду отдаленную цель, а именно известную в свое время да и сейчас популярную теорию литературоведенья, которая приписывает поэтам свойства, близкие актерским. Эта теория была и будет большим соблазном для всех, кто занимается исследованием поэзии, так как дает возможность игнорировать автора, его рост, мысли, чувства, колебания и тяги. Теория эта зародилась в двадцатые годы, когда царила полная путаница и смятение умов и шел быстрый процесс умаления и уничтожения личности. Придумал эту теорию Тынянов, и она пошла бродить и расширяться с его легкой руки. Она состоит в том, что поэт говорит не от себя, но пользуется рупором, как бы посредником между собой и читателем. Посредника назвали "лирическим героем" и выяснили, что поэт по мере надобности может менять своего героя.

На теории "лирического героя" явно отразилась эпоха, то есть двадцатые годы с их массовой "сменой вех" или сдачей на милость победителя ради хоть кое-какого благополучия. Люди сознательно меняли свои "биографии" и старались жить новой жизнью, пока не вмешивалась судьба, мойра, подписывавшая ордер и обрывавшая нить. Талантливость выражалась в том, чтобы избежать рока. Сам Тынянов приспособлялся хуже других и подвергался непрерывным погромам, пока не стал писать романов, которые пришлись ко двору. Его громили "вульгарные социологи" за то, что он ищет особых способов развития литературы, игнорируя классовую борьбу. На деле его следовало бы разоблачать за то, что он выдал крохотную долю реальных отношений в нашу эпоху и назвал "маску". Правда, маску не снимали, а только надевали, потому что в предшествующие годы в ней не нуждались. Зачем нужна маска, если существует частная жизнь и общество не располагает средствами пресекать инакомыслящих, если они не ввязываются в открытую борьбу? В двадцатые годы люди действительно надели на себя маски, и у масок было удивительное свойство прилипать к лицу. Сейчас эти маски еще заменяют собой лица многим писателям старших поколений.

Хотя Тынянова травили за литературоведческие теории, обвиняя его, как всех, в отсталости, но их связь с эпохой несравненно глубже, чем у кого-либо из литературоведов. "Маска" и меняющаяся по собственному желанию биография - лишь детали в теории "лирического героя". В основе лежит глубокая уверенность в зыбкости всяких убеждений, в отсутствии какой-либо веры и в неспособности человека расти, углубляться и отстаивать то, к чему он пришел. Все это почерпнуто Тыняновым в жизни, которую он видел. Эта теория могла возникнуть только в годы распада личности, когда несравненно легче обнаружить изломы и швы, чем поверить в единство человека на протяжении всей его жизни.

Теория "лирического героя" оказалась живучей и долго пользовалась тайным признанием, потому что только она одна противостояла "классовому подходу" с его статьями-доносами. Иногда даже удавалось отвести удар от автора, возложив ответственность за какой-нибудь неподходящий оттенок мысли на "лирического героя". Люди, подобно актерам, жили двойной жизнью, но у актеров двойственность и маска, в которую превращается лицо, являются условием их искусства, а у современников Тынянова они были защитным сооружением. "Лирический герой" равносилен роли, которую взял бы на себя поэт, но из этого ничего бы не вышло, потому что у поэта нет ничего общего с актером. Актеру тоже не пошло бы впрок, если б он попробовал уподобиться поэту. Это разные виды деятельности - в маске и без маски".

[egovoru.livejournal.com]

Спасибо, очень интересно! Я не помнила этого места в книге и не знала, что концепцию лирического героя придумал именно Тынянов. О состоятельности этой концепции я никогда не задумывалась, и весьма вероятно, что я бессознательно прибегла к ней именно из желания защитить репутацию автора (что получилось не очень успешно). А Вы что думаете - права Н.М. насчет того, что никакого лирического героя не существует?

[gg59.livejournal.com]

Да, я разделяю эти взгляды. Мне запомнился отрывок, потому что я увидел продуманный и ясный ответ на тему, о которой думал сам.
Но здесь следует оговориться: теория лирического героя лукава по отношению именно к поэзии, поэзия концентрированное выражение собственных чувств и мыслей, в других жанрах иначе.

[egovoru.livejournal.com]

То есть, Вы полагаете, что, даже когда, скажем, Вознесенский пишет: "Я Мэрлин, Мэрлин, я героиня самоубийства и героина", он все равно говорит именно от собственного лица?

И второй вопрос: а действительно ли актер так уж отличается в этом отношении от поэта? Приходилось слышать, что, дескать, в любой роли актер все равно играет самого себя - и до известной степени мне и самой так кажется?

[gg59.livejournal.com]

Люди говорят о чувствах разными словами, например, "я чайка"! (Тут смайл, не знаю как его набрать.)
Себя играют плохие актеры. Или очень востребованные (еще один смайл).

[egovoru.livejournal.com]

В своей автобиографии Роберт Линдсей, выпускник RADA, пишет, что это то, что отличает английских актеров от американских: первые играют роли, а вторые - себя :) Думаю, он все же преувеличивает: в Америке до сих пор очень популярна система Станиславского, а в ней - какое же "себя"?

Сама я не берусь судить, потому что для меня искусство актера - самое загадочное из всех. С одной стороны, я очень к нему восприимчива, но, с другой, я не в состоянии определить, в чем же оно заключается? А Вы, как профессионал театра, можете это как-то сформулировать?

[gg59.livejournal.com]

Если простыми словами - в создании внешней и внутренней жизни другого человека.

[egovoru.livejournal.com]

Если актер воплощает какого-то знаменитого человека из прошлого, нам, действительно, скорее всего просто интересно узнать, каким тот был, и актер помогает нам его представить.

Но вот когда актер играет рядового, ничем не примечательного современника, каких мы и так тысячами видим вокруг себя, объяснить наш интерес к представлению только точностью копирования очень трудно. Мне сдается, хороший актер - этот не тот, кто просто смог "влезть в шкуру" другого человека, а который смог представить его "еще живее", чем в жизни. Но вот что конкретно значит это "еще живее"?

[gg59.livejournal.com]

Нет-нет, не так, не нужно "еще живее", и дело не в точности копирования.
Искусство в первую очередь интересуется теми событиями в жизни людей, которые необычны, примечательны, выбиваются из рутины, которые заставляют человека вести себя как-то особенно, нестандартно, не как всегда. Известный человек на сцене или обычный актеру все равно, они в этом смысле одинаковы. Персонаж интересен благодаря коллизии, в которую вовлечен, и эмоциональным отношением к тому, что происходит. Класс актера проявляется в том, как он сможет показать своего героя, насколько будет ярок, правдив, убедителен.

[egovoru.livejournal.com]

Вот, "ярок", мне кажется - здесь ключевое слово!