Надежда, я вернусь тогда

[egovoru]

Эта замечательная песня о жизни и смерти здорово навредила репутации своего автора. Более того, «комиссары в пыльных шлемах» превратились в клише, которое теперь бросают в лицо всякому, кого хотят обвинить в идеологических грехах. А ведь представлению о лирическом герое обучают еще в школе!

Пытаюсь вспомнить, кому же первому пригрезилось здесь прославление комиссаров? Вроде была какая-то статья в перестроечном журнале, но кто был ее автором? Куда более адекватным мне кажется анализ Екатерины Семеновой:

«Скажем, в «Сентиментальном марше» нет ни революционной агрессивности (никаких «ваше / слово, товарищ маузер»), ни своего рода предвкушения грядущих завоеваний, результата жертвы (как в поэме «Хорошо!») – такой «минус-прием», ощутимый на фоне историко-культурного контекста, на фоне традиционной агрессивности революции. В этом контексте четко ощутима ситуация выбора (вне контекста она была бы невозможна). Автор солидаризуется не с Маяковским и не с известным лозунгом «Железной рукой загоним человечество к счастью».

И понятно, почему никаких предвкушений нет. В этой песне время кончается в момент смерти персонажа, когда он «все равно падет», пусть даже до этого пройдет «целый век», и никаких предвкушений быть не может; вспомним позднейший «Разговор перед боем», там то же самое: «Господин генерал, будет вам победа, / да придется ли мне с вами пировать?». Абсолютная ценность жизни, в пределах которой разворачивается все и вне которой просто ничего нет, заставляет говорить о милующей интенции этой вещи и других его песен».

Песня прозвучала у Хуциева в фильме, но написана была, если я правильно понимаю, не специально для него, а несколькими годами раньше, и посвящена Евгению Евтушенко. Не знает ли кто-нибудь из вас, уважаемые френды, конкретных обстоятельств ее создания?

Окуджавская муза в целом довольно меланхолична, и эта бодрая, оптимистическая песня – одно из немногих исключений. Мне жаль, что из нее сделали жупел. А что до комиссаров в ней, то для меня они означают решимость автора мужественно принять на себя ответственность за свою историю, как личную, так и историю своей страны, какой бы она ни была.

Фрагмент из фильма «Застава Ильича» / «Мне двадцать лет»

Comments

[egovoru.livejournal.com]

Адекватен и Владимир Ковнер (http://club.berkovich-zametki.com/?p=23223):

"Герой песни готов воевать, выполнить свой долг, воевать до конца (…пока трубач отбой сыграет), но, похоже, впервые в советской литературе открыто, без стеснения говорит, что умирать не готов, не хочет, никакая героическая смерть его не устраивает (Надежда, я останусь цел: не для меня земля сырая...). Сравните с песней «Мы смело в бой пойдем, за власть советов, // И как один умрем в борьбе за это»."

Ну и, конечно, Мариэтта Чудакова (https://www.e-reading.club/chapter.php/101081/12/Chudakova_-_Novye_raboty_2003_-2006.html):

"Так сила, с которой звучит зачин одной из двух ударных строк – «Я все равно…», – находит объяснение в громадном биографически-эмоциональном подтексте. Мотив верности – со все более уходящей вглубь этого подтекста мотивировкой верности памяти погибшего отца – станет важнейшим. На той же глубине – надежда на недоданную в детстве ласку родителей-комиссаров как предсмертную. Биографические подтексты придают политическим, казалось бы, – и в этом смысле обреченным потерять свою действенность – образам поэтическую неразрушаемость, подымают строку к лирике.

Утверждается не идеологическая связь, а невынимаемость человека из условий рождения: «комиссары» были у его колыбели и пребудут близ нее (в прошлом) и близ его последнего одра – в будущем."

[mns2012]

"Абсолютная ценность жизни, в пределах которой разворачивается все и вне которой просто ничего нет"

Как жаль, что так считают многие люди. Но слава Богу, что это не так. Жизнь (эта, текущая, которая так или иначе закончится смертью) не имеет абсолютной ценности. Абсолютная ценность для человека - только Бог. И ничто не может заменить ее, нет ничего равновеликого ей. Как, наверное, ужасно жить в мире зная, что всё это закончится "просто ничем". Зачем тогда революционное геройство? Свидетельство мучеников -- другое дело, потому что все обретает смысл только в контексте вечности. Если вечности нет, нет ни в чем никакого смысла. Поэтому всякая революция и не оканчивается ничем хорошим, а только смертью миллионов и "предательством элит в эпоху катастроф".

[egovoru.livejournal.com]

Вы поднимаете очень сложную тему, выходящую далеко за рамки этого поста. Я попыталась сформулировать проблему вот здесь (https://egovoru.livejournal.com/3717.html).

[xgrbml.livejournal.com]

впервые в советской литературе открыто, без стеснения говорит, что умирать не готов, не хочет, никакая героическая смерть его не устраивает

Еще как не впервые:

Ты меня ждешь и у детской кроватки не спишь,
И поэтому знаю: со мной ничего не случится!

[umbloo.livejournal.com]

***Как, наверное, ужасно жить в мире зная, что всё это закончится "просто ничем". [...] все обретает смысл только в контексте вечности. Если вечности нет, нет ни в чем никакого смысла.***

Ценность и смысл можно найти (и многие находят) не только в результате, но и в процессе. Их каждый определяет для себя сам - хотя это, наверное, и малоприемлемо для тех, кому действительным смыслом представляется только тот, который задан извне.

[egovoru.livejournal.com]

"Темная ночь" - конечно, настоящий шедевр (особенно в исполнении Бернеса, в каком она впервые и прозвучала), но мысль здесь выражена, мне кажется, несколько иная: у Агатова - я знаю, что не умру, а у Окуджавы - я не хочу умирать, хотя знаю, что неизбежно умру. Конечно, в позднейшем "Разговоре перед боем" эта же мысль выражена гораздо более решительно, но и здесь ее тоже можно усмотреть.

Что же касается собственно "комиссаров", то лучше всех про них написала Мариэтта Чудакова (я добавила ссылку на ее статью в первом комментарии). А я бы сформулировала это так. Ведь кто такие эти "комиссары"? Для Окуджавы - это родители, а для многих из нас - деды и прадеды. А с чего же началась перестройка, как не с осознания того, что Павлик Морозов, донесший на своего отца из идеологических соображений, был неправ? Принимая во внимание это обстоятельство, проклятия Окуджаве за обращение к памяти "комиссаров" кажутся особенно непоследовательными, разве нет?

На этот пост меня сподвигнуло обсуждение предыдущего, в ходе которого один из сравнительно молодых френдов выразил удивление, почему же, если в Советском Союзе было так плохо, из него никто не уезжал? Такой вопрос ясно показывает, что, хотя речь идет о вроде бы совсем еще недавнем времени, тогдашние обстоятельства уже совершенно забылись, историческая память напрочь утрачена - и мне это кажется очень опасным. А Вам?

[xgrbml.livejournal.com]

Утрата памяти, бесспорно, мне представляется опасной.

[alex-new-york.livejournal.com]

Я хорошо помню послеперестроечное телевизионное интервью с Окуджавой, где ему задали вопрос об этой песне, и он начал раздраженно ссылаться на свой былой идеализм и ошибки молодости. Хотя мог бы начать доказывать, что не собирался окружать «коммисаров в пыльных шлемах» романтическим ореолом, а подразумевал совсем иной смысл.

У Окуджавы было немало грехов, но не было привычки выставлять их в выгодном для себя свете. Он был не политиком, а поэтом, уважающим собственное право чувствовать то, что чувствует

[egovoru.livejournal.com]

А не помните ли Вы, кто же конкретно начал эту травлю? Потом уж многие начали повторять, и не только в адрес Окуджавы, но ведь был кто-то, кто первый до этого додумался, и мне было бы интересно идентифицировать этого мыслителя.

Мне нравится, как написала Мариэтта Чудакова в статье, ссылку на которую я добавила в первом комментарии. Она пишет, что ведь "комиссары" Окуджавы - это его родители. От себя же я добавлю: а с чего началась перестройка, как не с осуждения Павлика Морозова, донесшего на родного отца? Так что травить Окуджаву за воспоминания о родителях было совсем уж непоследовательно со стороны перестроечных деятелей, не правда ли? К сожалению, история, как известно, никого ничему не учит :(

А что касается грехов, то сам же Окуджава и написал по этому поводу, в память друга:

Говорят, что грешил, что не к сроку свечу затушил…
Как умел, так и жил, а безгрешных не знает природа.

[egovoru.livejournal.com]

А ведь травля Окуджавы за упоминание о комиссарах - это и есть призыв к утрате памяти, такой Павлик Морозов наоборот :(

[noname-rambler.livejournal.com]

Вообще-то это песня. То есть жанр, рассчитанный на массовое восприятие, а не глубинную философско-лингвистическую проработку на уровне "здесь упомянем Бахтина" (на этом месте я немножко "упал под стол"). Вот смотрите — видео, 1963 год, я тогда пешком под стол ходил, а может даже и не ходил ещё... но вполне могу интерполировать умонастроение людей в зале, которые подпевают на двух последних строчках песни рефреном:
Я все равно паду на той, на той единственной гражданской,
И комиссары в пыльных шлемах склонятся молча надо мной.
Всё тут однозначно — романтизация гражданской (братоубийственной) войны в пользу естественно комиссаров. Вряд ли кому в зале тогда, думаю что и на сцене (Евтушенко там эффектно смотрится) пришла бы в голову современная лихая интерпретация, что комиссары это палачи и склонились они чтобы добить...
Фильм то вспомните Хуциева, где эти документальные кадры вполне вписываются в его правоверный "ленинский" контекст. (Хороший фильм, мне он нравится, прежде всего искренней наивностью, которая тогда, в шестидесятые, и закончилась)
И автор песни вполне отдавал себе отчёт, как, на каком уровне ассоциаций будет восприниматься его песня массовой аудиторией — нашими советскими людьми, которые на такси в булочную не ездят и с удовольствием смотрят революционно-патриотические фильмы (так кажется было, уже не помню...) про борьбу за правое дело комиссаров в пыльных шлемах.
А мы вот сейчас будем вырывать из контекста, "вспомним Бахтина" зачем-то — зачем? Чтобы обелить постамент под памятником (нерукотворным) поэта? Вряд ли это ему нужно...

[egovoru.livejournal.com]

Евтушенко там в кадре совершенно закономерен, потому что это стихотворение (кажется, оно все же сначала, в 1957, было стихотворением и только потом стало песней, но на 100% я в этом не уверена) ведь и посвящено Евтушенко!

Я согласна с Вами, что представлять себе комиссаров, склонившихся над расстрелянным ими же лирическим героем - это все-таки уже перебор, хотя где-то ранее в этом журнале я и упоминала о такой возможности интерпретации. Автор статьи, процитированной мной в посте, права в одном: это произведение многопланово, но общая его тональность жизнеутверждающая. В конце концов, его главный персонаж - надежда!

Я еще понимаю, если бы упрек в адрес автора прозвучал со стороны, скажем, Набокова (который, как известно, наоборот, выделил это стихотворение из множества, процитировал в своем романе и перевел на английский). Но ведь набросились на Окуджаву люди, чьи отцы и деды тоже скорее всего были именно комиссарами - ну, если и не комиссарами, но по крайней мере верными ленинцами! Просто потому, что к тому времени, когда была написана эта песня, внутри страны других людей уже просто не осталось: их либо истребили физически, либо они успели уехать заграницу.

Те самые люди, которые объяснили народу, что Павлик Морозов, донесший на своего отца из идейных соображений, был все-таки неправ, набросились на Окуджаву, осмелившегося помянуть своего отца, да еще в те времена, когда никто и не помышлял об осуждении комиссаров. Где же здесь логика?

Я бы сказала так: не нравятся старые песни - очень хорошо, напишите новые, отражающие правильное понимание существа дела! Но где же они, эти новые песни?

[umbloo.livejournal.com]

***Те самые люди, которые объяснили народу, что Павлик Морозов, донесший на своего отца из идейных соображений, был все-таки неправ***
И объяснили, думается, так же лживо, как их предшественники, доказывавшие, что он был прав. Вроде бы тогда же, в перестройку, довольно быстро выяснилось, что скорее всего никаких идеологических сображений у него не было (их выдумали Губарев и иже с ним) - парень просто мстил отцу за всё зло, причинённое этим отцом семье, выбрав просто один из наиболее доступных способов.

[egovoru.livejournal.com]

Но ведь речь шла не о реальной Павлике, какие бы соображения им ни двигали, а о пионере-герое, на книжках о котором воспитывались поколения (и я в том числе): мальчик, который донес властям на своего отца-кулака, за что и заслужил зачисления в герои. Мысль о том, что такой поступок отнюдь не является геройством, кажется мне совершенно верной. А Вам?

[umbloo.livejournal.com]

Конечно, не является. Но когда просто выводится противоположная мораль из того же лживого мифа, что и прежде, когда выводилась мораль противоположная - это у меня тоже совершенно не вызывает уважения. А то, как всё было на самом деле, выяснили, обосновали и опубликовали, насколько помню, вполне себе в начале перестройки (или очень скоро после её начала) - но миф в очередной раз оказался пропагандистски выгоднее.

[egovoru.livejournal.com]

Я согласна с Вами, что выяснение жизненных обстоятельств того реального Павлика - важная задача. Но для иллюстрации того или иного морального утверждения часто привлекают даже и совсем уж вымышленных персонажей, литературных героев - собственно, это и есть одна из их функций. Тенденция же периодически сжигать все, чему прежде поклонялся, кажется мне опасной. Злоупотребление ею приводит к тому, что люди оказываются вообще без каких-либо ориентиров, и тогда начинаются жалобы на бездуховность народа и т.д.

Но главное, мне кажется очень, очень рискованной склонность судить людей прежних поколений по меркам сегодняшнего дня. Знаете, как те, кто осуждают сгоняемых в Освенцим за недостаток мужества: ну, что же они, как овцы, шли на заклание, а не сопротивлялись? Мне это кажется прямо-таки непристойностью.

[umbloo.livejournal.com]

Да иди речь о вполне вымышленном персонаже - у меня возражений не было бы, пропаганда как пропаганда. А когда о реальном человеке, и правда о нём известна - пропагандистское вранбё в любую сторону неприятно.
А судить по текущим меркам и законам людей, которые мерили другими мерками и жили по другим законам, следовали нравам своего времени - это конечно и плохо, и глупо. У каждой поры свои весы и свои гири. Тут вполне согласен.

[val000.livejournal.com]

Насколько я помню под комиссарами он имел в виду двух своих растрелляных при Сталине дядьёв-болшевиков, но даже если и нет, то гении смотрели на эти события несколько сверху. Пример - поэма Блока "12". Его тоже осуждали за неё, но там не было компромисса с большевиками. Просто взгляд сверху - Good view.

[marigranula.livejournal.com]

Я знаком с людьми или детьми людей, которые уезжали из СССР и в конце двадцатых и в шесидесятых и в семидесятых. Люди, которые были по десять лет в отказе а потом выехали, люди которые уходили из ящиков, чтобы проработать где-то пять лет а потом выехать. Выезжать было тяжело и страшно, но люди уезжали.
По поводу родителей - комиссаров, я с Вами согласен что имелись ввиду именно родители. Беда самого обсуждения заключается в том, что если бы в Германии или Прибалтике какой-нибудь поэт, чьи родители служили в СС написал
И эсэсовцы в черных шинелях склонятся молча надо мной
это вызвало бы мощную дискуссию.

[vitus_wagner]

Как сказал один из персонажей Звягинцева "Комиссары - они по разным поводам склоняться могут". (в смысле - и над трупом врага - тоже).

[(Anonymous)]

Ср. 1-й куплет в исполнении автора и в печатном варианте.
(Кстати о сценречи).

[egovoru.livejournal.com]

Да, мне тоже приходила в голову такая интерпретация, но я все же сочла ее слишком натянутой. Я думаю, "я все равно паду на той единственной" надо понимать так, что это - наша история, и нам от нее никуда не деться. Никакого прославления комиссаров я в этой песне не могу услышать, как ни стараюсь. Лирический герой ведь всего лишь просит считать его погибшим именно на той войне - а это вовсе не значит, что он ее одобряет.

[egovoru.livejournal.com]

А разве в первом куплете тоже были расхождения? Я только знаю, что в печатном тексте вроде было "на той далекой, на гражданской", но я слышала только тот вариант, что он поет в фильме - "на той единственной", и этот вариант кажется мне, конечно, гораздо более выразительным.

[egovoru.livejournal.com]

"Выезжать было тяжело и страшно, но люди уезжали"

Конечно, уезжали. Из концлагеря иным тоже удавалось убежать, но это же не повод упрекать других узников, которым это не удалось? Или, знаете, есть любители упрекать тех, кого гнали в лагерь, в недостаке мужества: и почему это они шли на заклание, как стадо баранов, когда надо же было сопротивляться? Жаль, не бывает машины времени, а то бы я непременно отправила этих упрекателей в то время и место, чтобы они прочувствовали ситуацию на собственной шкуре.

"По поводу родителей - комиссаров, я с Вами согласен что имелись ввиду именно родители"

Мне кажется, "я все равно паду на той единственной" надо понимать как признание ответственности за свою историю: в смысле, это наша война, и нам никуда от нее не деться.

Про то, каким образом немцы справляются со своим нацистским прошлым, я знаю мало. Я как-то опасалась затрагивать эту тему в разговорах со знакомыми немцами, когда жила в Германии. Но, пожалуй, тут можно вспомнить фильм Лилианы Кавани "Ночной портье" - когда-то он произвел на меня очень сильное и неоднозначное впечатление. Не знаю, видели ли Вы его?

[alex-new-york.livejournal.com]

Не думаю, что тут был какой-то конкретный автор. Помню, что когда я впервые услышал, как Окуджава страстно клеймит большевиков, я рассмеялся и промурлыкал себе под нос эту песенку. А потом наблюдал похожую реакцию у пары моих друзей, с той разницей, что они не смеялись, а возмущались. Ведь песня очень известная и яркая, её в подобных обстоятельствах странно не вспомнить. А темой статей и интервью это уже начало становиться позже

Лично меня не тянет ни винить Окуджаву, ни оправдывать. И тех, кто резко реагировал на метаморфозы его мировоззрения ни винить, ни оправдывать не хочется. Окуджава имел право проклинать и воспевать кого захочет. И кардинально менять точку зрения на события и людей тоже имел право

Как и его читатели