Меж непонятного маранья
Aug. 28th, 2015 05:55 pmА вот Рассел Стендиш предлагает другой подход: «Информация зависит от наблюдателя. Для человека, не знающего английского, «Ромео и Джульетта» будет просто ничего не значащей белибердой. Роль наблюдателя состоит в том, чтобы привязать значение к описанию, создать информацию из данных.<...> Количество информации, содержащейся в конкретном наборе данных, определяется подсчетом числа описаний, при помощи которых можно передать их смысл – чем меньше описаний, тем больше информации содержат данные».
То, что такие разные вещи называют одним словом «информация» – источник многих недоразумений. Скажем, некоторые саркастически вопрошают: ну, расшифровали последовательность человеческого генома, а что изменилось? Не понимая, что эта последовательность – информация à la Шеннон. Чтобы превратить ее в информацию по Стендишу, потребуются еще десятилетия, а то и столетия работы.

no subject
Date: 2015-08-29 11:51 am (UTC)А вот как быть, например, со смыслом "Войны и мира"? Ведь каждый новый читатель видит в этом романе какой-то свой смысл? Стендиш, правда, и говорит, что информация зависит от читателя - но в то же время подразумевает вроде бы и какой-то объективный смысл?
Тем не менее, его предложение кажется мне интересным, хотя я пока что не очень отчетливо представляю себе, к каким последствиям может привести такая "субъективизация" информации. Оно показалось мне в чем-то созвучным моим собственным рассуждениям (http://egovoru.livejournal.com/47731.html) о природе идей.
no subject
Date: 2015-08-29 12:21 pm (UTC)no subject
Date: 2015-08-29 12:24 pm (UTC)no subject
Date: 2015-08-29 01:56 pm (UTC)"Ну, с геномом-то как раз, мне кажется, достаточно понятно: прояснить его смысл - это значит установить, каким образом работа каждого гена проявляется в свойствах организма"
Ведь на этом пути поведение организма определяется геномом. Разве не так?
no subject
Date: 2015-08-29 02:06 pm (UTC)Собственно, именно с неудачным выбором этих свойств и связано то, что закономерности наследственности было так трудно установить - многие пытались и потерпели поражение. А талант Менделя как раз и состоял в том, что он догадался выбрать такие признаки, отследить наследование которых легче, чем многих других.