Кофе, кошки, Мандельштам
Jun. 14th, 2015 09:09 amЕсли бы проводили абсурдный конкурс на лучшее стихотворение во всей русской поэзии, я бы выдвинула на него «Рождественскую звезду». Прекрасная ясность или, его же собственными словами, «неслыханная простота» позднего Пастернака – предел, дальше которого не двинешься. Стихи, великодушно подаренные автором своему герою – лучшее, что есть в его романе.
Во времена моей юности такие книги можно было купить только за большие деньги у спекулянтов. Так что пастернаковский синий том советской «Библиотеки поэта», принадлежавший знакомым, был переписан мною от руки – почти полностью, за исключением разве что поэм. (Между прочим, не самый плохой способ знакомства с поэзией!) А уже в перестроечные годы вышла замечательная пластинка с записями чтения. Даже не собственные стихи, а переводы шекспировских хроник голосом автора показались мне откровением, поставившим последнюю точку над «и».
Позволю себе крамольную мысль, что Пастернак был человеком не слишком умным – в том смысле, что совершенно не склонным к рефлексии, сохранившим детскую непосредственность до самой смерти. Что не ускользнуло от его современников: «Он награжден каким-то вечным детством».
Про то, как «вчерашнее солнце» ввело меня в заблуждение, я уже писала. Комментатора на сайте по ссылке смутило слово «медуницы» – а я-то как раз знала, что это – (диалектное?) название пчелы, а не только растения-подснежника. Но и я бы не рискнула предположить, о чем, собственно, идет речь в «Я по лесенке приставной» или даже в «Кому зима – арак и пунш голубоглазый», хотя оба эти стихотворения кажутся мне великими.
А на самом деле мне, в общем-то, все равно, что, собственно, Мандельштам хотел сказать этими стихами. Я просто чувствую, что он чуть-чуть приподнял ту самую «мощную завесу», которая «нас отделяет от другого мира» – и этого уже более чем достаточно.

no subject
Date: 2015-06-14 02:21 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 02:25 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 02:40 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 02:51 pm (UTC)Придётся глупо: это о двух мирах - чужом: холодном (хоть и греющимся араком, пуншем и глинтвейном), мире каком-то по ощущению аристократически-революционном(обиды, заговор, приказы) - и своём: теплом, скудном, но родном. Второй описан гораздо подробнее и как-то нежнее.
Первый активен, но ведёт в тупик (как овец), второй пассивен, в нём есть терпение, ожидание, но и мечта тоже (гадалка).
А объединяются эти миры - солью, которая - и снег, и звёзды, и горечь - и всё это выше и больше нас.
В общем, надо не менять мир, а обживать его.)
no subject
Date: 2015-06-14 02:53 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 02:56 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 02:57 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 02:58 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:00 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:01 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:02 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:02 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:05 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:08 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:09 pm (UTC)Ну, если не бояться говорить честно, то это, мне кажется, о том, что ради вожделенного единения с народом лирический герой готов на всё, даже строить срубы для казней той самой аристократии (вроде алапаевской шахты).
Ну, всё это не буквально, конечно, но об этом.
no subject
Date: 2015-06-14 03:10 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:31 pm (UTC)Литературоведы, кажется, считают (http://sp-issues.narod.ru/7/ivanov.htm), что оно обращено к русскому языку:
"Да и ни царю, ни герою (Бога опускаем) не по плечу казнить или миловать — рукописи не горят! — слово поэта. Суд над ним — прерогатива живой культуры, в данном случае языка русской поэзии — к которому, кстати, и обращено стихотворение".
А вот (http://www.litmir.me/br/?b=245108&p=62) еще Мих. Гаспаров: "Обращено стихотворение, вероятнее всего, к русскому языку".
no subject
Date: 2015-06-14 03:35 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:47 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 03:49 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 04:03 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 04:18 pm (UTC)О Довлатове у меня есть здесь отдельный пост. Kонечно, я не надеюсь им переманить Вас в число поклонников этого писателя, но, может быть, Вам покажется интересной сама тема (http://egovoru.livejournal.com/5444.html)?
no subject
Date: 2015-06-14 04:56 pm (UTC)Если ближе к тексту, то: некий чёрный путь - путь труда и несчастий, дыма, смолы и дёгтя - единственный способ соединиться с Богом: лишь в чёрной воде отражается Вифлеемская звезда. Вряд ли тут дьявол - это было бы слишком экстравагантно.).
Это путь русского народа, с которым поэт чувствует острую связь и его мучает ощущение собственного отщепенства. Единственный труд доступный ему - поэтический язык, и он готов работать на совесть, даже прекрасно понимая, что никаких роз этот путь ему не сулит, а напротив - там ждёт гибель, но и это не отвращает его от данного выбора.
no subject
Date: 2015-06-14 04:57 pm (UTC)no subject
Date: 2015-06-14 05:24 pm (UTC)"Непризнанный брат, отщепенец в народной семье" - с этим вроде бы все ясно, но почему же такое странное обещание? К слову, те же литературоведы полагают, что "татарва" - это вовсе не внешние враги, а восставший пролетариат: "Какое лето! Молодых рабочих татарские, сверкающие спины". (Там же, кстати, есть и про Фауста: "И Фауста бес, сухой и моложавый, вновь старику кидается в ребро").
Тогда получается что-то совсем уж нелепое: что герой за бессмертие (а можно ли в него войти таким способом?) готов исполнять волю революционного класса? Впрочем, может, речь и идет именно об этом - хоть сам автор отнюдь не был таким героем, подобных вокруг него было более чем достаточно :(
Похоже, это одно из тех стихотворений (которых много у автора), в смысле которого лучше и не копаться...