Unsere Mütter, unsere Väter
May. 9th, 2024 09:00 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
egovoruИ в самой Германии, и тем более за ее пределами создателей фильма обвинили в том, что они не отразили в нем той степени проникновения нацистской идеологии в сознание немцев, которая ясно видна из исторических документов и кинохроники. Действительно, ни один из главных героев – двадцатилетних ребят накануне вторжения в СССР – не цитирует «Mein Kampf», не стремится расширять Lebensraum и истреблять Untermenschen. Более того, один из них – еврей.
Вильгельм, от лица которого ведется повествование, видимо, пошел на войну добровольцем, поскольку к началу фильма он уже лейтенант с красной орденской ленточкой; а может, он вообще кадровый военный? Его младший брат, призывник Фридгельм, перед отправкой на фронт набивающий рюкзак книгами, убежден, что война вызывает к жизни худшее в людях. Простоватая Шарлотта, тайно влюбленная в Вильгельма, идет на фронт медсестрой. Виктор, сын модного портного, собирающийся пойти по стопам отца, и Грета, официантка, мечтающая стать знаменитой певицей, остаются в Берлине.
Каждый из них претерпевает в ходе войны собственную эволюцию. Вильгельм, человек долга, становится дезертиром, которого забирает полевая жандармерия. Фридгельм постепенно превращается в убойную машину и в конце концов бросается под пулеметный огонь, чтобы покончить с собой и вразумить пацанов из Гитлерюгенда. Шарлотта начинает с того, что выдает Гестапо санитарку-еврейку, а заканчивает тем, что заливает спиртом раны пациентов своего госпиталя, чтобы им дали увольнение с передовой. Виктора хватают на улице, но он бежит из поезда на пути в Освенцим, и его подбирает Армия Крайова. Он выживет, но погибнет его подруга Грета, настолько уверенная в своей неотразимости, что вступает в связь с офицером Гестапо, чтобы устроить свою карьеру и достать для Виктора разрешение на эмиграцию – ее в конце войны расстреляют.
Самой сильной сценой мне показалась уже послевоенная, когда вернувшийся в родной город Виктор обнаруживает, что чиновник, вершащий судьбы берлинских жителей – это тот самый гестаповец, который отправил его в лагерь и погубил Грету, и более того, что американские оккупационные власти прекрасно знают о прошлом этого господина, но закрывают на это глаза. В следующем поколении немцев возмущение этим лицемерием породит такие эксцессы, как die Rote Armee Fraktion.
Направлен этот фильм не столько против войны как таковой, сколько против войны проигранной. Его эмоциональный фон – разочарование, недовольство фюрером за то, что он обещал золотые горы, а принес руины. Но ведь лучше такой фильм, чем никакого! Да, главные герои показаны в нем жертвами, попавшими под колесо истории, типа «времена не выбирают» – и из него непонятно, откуда же взялись подлецы-гестаповцы, которые тоже ведь были чьими-то отцами. Но многое в нем даже сегодня явилось откровением для немецкого зрителя – в частности, роль Вермахта в уничтожении мирного населения завоеванных стран (обычно его списывают на СС) и захват берлинскими обывателями собственности репрессированных евреев.
Российскому МИДу не понравилась попытка изнасилования Шарлотты красноармейцами, занявшими ее госпиталь – но в фильме показано, как советская женщина-командир пресекает это (а о том, что немок насиловали, мы знаем, например, из мемуаров Льва Копелева). Поляки протестовали против того, что Армия Крайова показана антисемитской – и действительно, ее бойцы в этом фильме совсем не похожи на Збигнева Цыбульского в «Пепле и алмазе» – но командир отряда тайно отпускает Виктора на волю.
и Катарина Шюттлер (Грета)
А вы видели этот фильм – и если да, то что вы о нем скажете?
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2024-05-09 02:01 pm (UTC)LiveJournal categorization system detected that your entry belongs to the following categories: История (https://www.livejournal.com/category/istoriya?utm_source=frank_comment), Кино (https://www.livejournal.com/category/kino?utm_source=frank_comment).
If you think that this choice was wrong please reply this comment. Your feedback will help us improve system.
Frank,
LJ Team
no subject
Date: 2024-05-09 02:26 pm (UTC)Про время сразу же после войны есть неплохой фильм Ларса фон Триера "Европа". Конечно, нельзя, воспринимать все за правду, но сделано неплохо.
no subject
Date: 2024-05-09 02:45 pm (UTC)Думаю, что это ленточка железного креста 2 класса.
Смотрел "Европа, Европа", упомянутую в комменте, а "Отцов и матерей" не смотрел.
no subject
Date: 2024-05-09 02:57 pm (UTC)Антисемитами в фильме показаны не только бойцы Армии Крайовой, но вообще почти все поляки в фильме, что вообще то перегиб.
Сцена гибели Фридхельма — сильная но неправдоподобная. Старый опытный боец покончил собой чтобы спасти мальчишек из Фольксштурма? Ну в жизни всякое бывает, но что мешало ему отдать приказ и просто отойти? Он ведь командовал этим отрядом.
Изнасилования немок? Ну было конечно и не только немок и не только бойцами советский Армии. Без изнасилований не обходится не одна война.
Самый косячный момент в фильме — это украинская вспомогательная полиция. В штатском, с жовто-блакитными повязками дубинками вместо винтовок, то есть практически без оружия. Выглядит смешно.
Я не помню чтобы в фильме было упоминание что Дорн служил именно в гестапо. Может просто не обратил внимание.
no subject
Date: 2024-05-09 03:41 pm (UTC)Более того, один из них – еврей
Date: 2024-05-09 05:24 pm (UTC)Если бы снимали 10 лет спустя, в 2023-24, то было бы так: один из них – еврей, один из них – трансвестит или гей (на выбор режиссёра), один из них – негр, один из них – инвалид детства, … :-)
no subject
Date: 2024-05-09 06:02 pm (UTC)Интересные ссылки
Date: 2024-05-09 08:16 pm (UTC)no subject
Date: 2024-05-09 11:39 pm (UTC)no subject
Date: 2024-05-09 11:46 pm (UTC)no subject
Date: 2024-05-09 11:58 pm (UTC)Да, очень может быть. Там что-то такое произносили в фильме, из-за чего я решила, что это лента за ранение, но на самом деле таких лент вроде вообще не было, только значки (https://en.wikipedia.org/wiki/Wound_Badge#Wound_Badge_of_20_July_1944).
К сожалению, я не запомнила, как именно выглядела та лента, а то, оказывается, несколько орденов (https://en.wikipedia.org/wiki/Orders,_decorations,_and_medals_of_Nazi_Germany) имеют нечто подобное. Но да, Eisernes Kreuz 2. Klasse вроде был из них самым массовым. Сейчас исправлю в тексте поста. Спасибо за поправку!
no subject
Date: 2024-05-10 12:17 am (UTC)A где же там показаны "вообще поляки"? Там же показаны только бойцы АК, или я чего-то не уловила?
"Старый опытный боец покончил собой чтобы спасти мальчишек из Фольксштурма?"
Мне скорее показалось неправдоподобным само его превращение из пацифиста в карателя. А самоубийство как раз понятно: если у него в глубине души еще сохранился пацифист, то как же он мог продолжать жить, совершив столько преступлений? Но мальчишкам он мог просто приказать оставаться на месте - они бы его послушали.
"Без изнасилований не обходится ни одна война"
Похоже, авторы фильма опасались российской негативной реакции на этот эпизод и подстраховались, вложив в уста Лили, ставшей красным командиром, лозунг "мы не насильники, мы освободители". Но, как выяснилось, этого оказалось недостаточно.
"Самый косячный момент в фильме — это украинская вспомогательная полиция"
Я не обратила внимания на этот момент.
"Я не помню чтобы в фильме было упоминание что Дорн служил именно в гестапо"
Насколько я помню, в фильме это произносят несколько раз, в частности, в самом начале, когда Гестапо приходит на прощальную вечеринку героев, а потом Грету вызывают в Гестапо на прием к Дорну. Ну, и немецкая Вики пишет (https://de.wikipedia.org/wiki/Unsere_M%C3%BCtter,_unsere_V%C3%A4ter) (выделение мое): "Nach Kriegsende kehrt er nach Berlin zurück, wo er erfahren muss, dass seine Eltern und Greta tot sind, seine Wohnung anderen gehört und der Gestapomann Dorn nun in der alliierten Nachkriegsverwaltung beschäftigt ist".
Re: Более того, один из них – еврей
Date: 2024-05-10 12:20 am (UTC)no subject
Date: 2024-05-10 12:23 am (UTC)no subject
Date: 2024-05-10 12:41 am (UTC)no subject
Date: 2024-05-10 04:56 am (UTC)Авторы фильма не опасались ничьей негативной реакции мне показалось. За это им респект:)
no subject
Date: 2024-05-10 07:50 am (UTC)no subject
Date: 2024-05-10 08:09 am (UTC)Что касается изнасилований — я читал воспоминания жителей Кёнигсберга, и для меня тот факт, что изнасилования не были, как минимум, исключительными случаями — очевиден. Могу порекомендовать Михаэль Вик “Закат Кенигсберга”. Цитата из одной рецензии:
“Михаэль Вик пережил страшные события: гонения из-за своего еврейского происхождения, тяжелый труд, потеря знакомых и близких, голод, бомбежки и, как "вишенка на торте", жестокость освободителей,. Как же больно было читать об убийствах, изнасилованиях, грабежах, которые совершали советские солдаты. Как мы видим, история повторяется и в 21 веке.”
https://www.livelib.ru/book/1001574433-zakat-kjonigsberga-mihael-vik
Re: жестокий толерантный Гитлер
Date: 2024-05-10 08:13 am (UTC)no subject
Date: 2024-05-10 09:04 am (UTC)###
Февраль 1945 года
Восточная Пруссия. Траутенау.
Заходим в дом. Три большие комнаты, две мертвые женщины и три мертвые девочки. Юбки у всех задраны, а между ног донышками наружу торчат пустые винные бутылки. Я иду вдоль стены дома, вторая дверь, коридор, дверь и еще две смежные комнаты. На каждой из кроватей, а их три, лежат мертвые женщины с раздвинутыми ногами и бутылками.
Ну, предположим, всех изнасиловали и застрелили. Подушки залиты кровью. Но откуда это садистское желание – воткнуть бутылки? Наша пехота, наши танкисты, деревенские и городские ребята, у всех на родине семьи, матери, сестры.
Я понимаю – убил в бою. Если ты не убьешь, тебя убьют. После первого убийства шок, у одного озноб, у другого рвота. Но здесь какая-то ужасная садистская игра, что-то вроде соревнования: кто больше бутылок воткнет, и ведь это в каждом доме. Нет, не мы, не армейские связисты. Это пехотинцы, танкисты, минометчики. Они первые входили в дома. ###
no subject
Date: 2024-05-10 09:06 am (UTC)Наши танкисты, пехотинцы, артиллеристы, связисты нагнали их, чтобы освободить путь, посбрасывали в кюветы на обочинах шоссе их повозки с мебелью, саквояжами, чемоданами, лошадьми, оттеснили в сторону стариков и детей и, позабыв о долге и чести и об отступающих без боя немецких подразделениях, тысячами набросились на женщин и девочек.
Женщины, матери и их дочери, лежат справа и слева вдоль шоссе, и перед каждой стоит гогочущая армада мужиков со спущенными штанами.
Обливающихся кровью и теряющих сознание оттаскивают в сторону, бросающихся на помощь им детей расстреливают. Гогот, рычание, смех, крики и стоны. А их командиры, их майоры и полковники стоят на шоссе, кто посмеивается, а кто и дирижирует, нет, скорее регулирует. Это чтобы все их солдаты без исключения поучаствовали.
Нет, не круговая порука и вовсе не месть проклятым оккупантам этот адский смертельный групповой секс.
Вседозволенность, безнаказанность, обезличенность и жестокая логика обезумевшей толпы.
Потрясенный, я сидел в кабине полуторки, шофер мой Демидов стоял в очереди, а мне мерещился Карфаген Флобера, и я понимал, что война далеко не все спишет. Полковник, тот, что только что дирижировал, не выдерживает и сам занимает очередь, а майор отстреливает свидетелей, бьющихся в истерике детей и стариков.
– Кончай! По машинам!
А сзади уже следующее подразделение.
И опять остановка, и я не могу удержать своих связистов, которые тоже уже становятся в новые очереди. У меня тошнота подступает к горлу.
До горизонта между гор тряпья, перевернутых повозок трупы женщин, стариков, детей. Шоссе освобождается для движения. Темнеет.
Слева и справа немецкие фольварки. Получаем команду расположиться на ночлег.
Это часть штаба нашей армии: командующий артиллерией, ПВО, политотдел.
Мне и моему взводу управления достается фольварк в двух километрах от шоссе.
Во всех комнатах трупы детей, стариков, изнасилованных и застреленных женщин.
Мы так устали, что, не обращая на них внимания, ложимся на пол между ними и засыпаем.
Утром разворачиваем рацию, по РСБ связываемся с фронтом. Получаем указание наводить линии связи. Передовые части столкнулись, наконец, с занявшими оборону немецкими корпусами и дивизиями.
Немцы больше не отступают, умирают, но не сдаются. Появляется в воздухе их авиация. Боюсь ошибиться, мне кажется, что по жестокости, бескомпромиссности и количеству потерь с обеих сторон бои эти можно сравнить с боями под Сталинградом. Это вокруг и впереди.
Я не отхожу от телефонов. Получаю приказания, отдаю приказания. Только днем возникает время, чтобы вынести на двор трупы.
Не помню, куда мы их выносили.
На двор?
В служебные пристройки? Не могу вспомнить куда, знаю, что ни разу мы их не хоронили.
Похоронные команды, кажется, были, но это далеко в тылу. ###
no subject
Date: 2024-05-10 09:07 am (UTC)Увидели меня, подбежали и, перебивая друг друга, на немецком языке пытаются мне объяснить что-то. Хотя языка я не знаю, но слышу слова «мутер», «фатер», «брудер».
Мне становится понятно, что в обстановке панического бегства они где-то потеряли свою семью.
Мне ужасно жалко их, я понимаю, что им надо из нашего штабного двора бежать куда глаза глядят и быстрее, и я говорю им:
– Муттер, фатер, брудер – нихт! – и показываю пальцем на вторые дальние ворота – туда, мол. И подталкиваю их.
Тут они понимают меня, стремительно уходят, исчезают из поля зрения, и я с облегчением вздыхаю – хоть двух девочек спас, и направляюсь на второй этаж к своим телефонам, внимательно слежу за передвижением частей, но не проходит и двадцати минут, как до меня со двора доносятся какие-то крики, вопли, смех, мат.
Бросаюсь к окну.
На ступеньках дома стоит майор А., а два сержанта вывернули руки, согнули в три погибели тех самых двух девочек, а напротив – вся штабармейская обслуга – шофера, ординарцы, писари, посыльные.
– Николаев, Сидоров, Харитонов, Пименов… – командует майор А. – Взять девочек за руки и ноги, юбки и блузки долой! В две шеренги становись! Ремни расстегнуть, штаны и кальсоны спустить! Справа и слева, по одному, начинай!
А. командует, а по лестнице из дома бегут и подстраиваются в шеренги мои связисты, мой взвод. А две «спасенные» мной девочки лежат на древних каменных плитах, руки в тисках, рты забиты косынками, ноги раздвинуты – они уже не пытаются вырываться из рук четырех сержантов, а пятый срывает и рвет на части их блузочки, лифчики, юбки, штанишки.
Выбежали из дома мои телефонистки – смех и мат.
А шеренги не уменьшаются, поднимаются одни, спускаются другие, а вокруг мучениц уже лужи крови, а шеренгам, гоготу и мату нет конца.
Девчонки уже без сознания, а оргия продолжается.
Гордо подбоченясь, командует майор А. Но вот поднимается последний, и на два полутрупа набрасываются палачи-сержанты.
Майор А. вытаскивает из кобуры наган и стреляет в окровавленные рты мучениц, и сержанты тащат их изуродованные тела в свинарник, и голодные свиньи начинают отрывать у них уши, носы, груди, и через несколько минут от них остаются только два черепа, кости, позвонки. ###
no subject
Date: 2024-05-10 09:41 am (UTC)В 1948 году фильм был удостоен гран-при и премии за лучший сценарий на кинофестивале в Локарно. Большинству немцев фильм не понравился. Они сочли его слишком пессимистичным и драматичным. Впервые в Германии фильм был показан в 1952 г. в Мюнхене, а затем - только в 1978 г.
no subject
Date: 2024-05-10 10:08 am (UTC)До сих пор удивлена, почему в России стараются не показывать фильмы и документальные сериалы о мировых войнах, снятые другими странами.
Про РАФ рекомендую фильм "Комплекс Баадер-Майнхоф" (Der Baader-Meinhof-Komplex). Здесь про него писала - https://homaaxel.livejournal.com/1450885.html.
no subject
Date: 2024-05-10 10:41 am (UTC)