Есть начало новой клетки в лепестке

Берлинский симпозиум по оптогенетике, в котором я недавно поучаствовала, проводили в аудитории, где некогда читал свои лекции Рудольф Вирхов. Я знаю его как основоположника клеточной теории – представления, что клетки не могут спонтанно самособираться из неживого вещества: omnis cellula ех cellula. (Свидетельством чудовищного отставания СССР в области биологии служит удостоенное в 1950 году Сталинской премии «открытие» О.Б. Лепешинской, что якобы могут). В нашей школьной библиотеке был русский перевод какой-то книжки Вирхова (он бывал в России и состоял членом Русского хирургического общества) с его акварелями гистологических препаратов, пленившими меня своим изяществом. А большой мир знает Вирхова и как отца современной патологии и создателя нынешней системы здравоохранения. Неутомимый борец за социальные реформы, он мало походил на обитателя «башни из слоновой кости»: будучи депутатом Рейхстага, он так активно выступал против всесильного Бисмарка, что «железный канцлер» даже вызвал его на дуэль.

( Струйки янтаря на коре сосновой. Камень на песке )