Joie est mon caractère, c’est la faute à Voltaire;
Misère est mon trousseau, c’est la faute à Rousseau...
Misère est mon trousseau, c’est la faute à Rousseau...
Романы Виктора Гюго надо успеть прочесть в детстве, потому что потом их читать станет невозможно. В этом я убедилась, посмотрев одну из недавних экранизаций «Отверженных». Оказалось, я изрядно подзабыла содержание – даже из героев помнила только Жана Вальжана, Козетту и Гавроша (это его песенка в заглавии поста, если кто не помнит*). Перепутав с «Девяносто третьим годом», забыла я и то, что кульминация «Отверженных» – подавленное Луи-Филиппом Июньское восстание республиканцев в 1832.