egovoru | Я учился траве, раскрывая тетрадь (Reply)

В позднесоветской России моего детства и юности слово «салат», как правило, означало оливье – ну, или какую-то вариацию на ту же тему, вроде знаменитой смеси консервированного лосося, риса и яйца, залитой все тем же майонезом. Но попробуйте заказать салат в любом немецком – да, кажется, и вообще любом европейском или американском (США) – ресторане, и вам принесут тарелку травы!

Не знаю, как давно это началось – подозреваю, когда-то немцы больше налегали на свиную шейку, чем на руколу и радиккьо, но сегодня эта гастрономическая разница бросается в глаза. Адам Траск, герой стейнбековского «К востоку от рая», попытался разбогатеть на латуке еще до первой мировой войны. Помимо «салатных» трав, употребляемых в сыром виде, есть еще множество, выращиваемых для термической обработки: всякие там брунколи, мангольды и прочие, для которых даже нет русских названий. Помню, как мой хозяин в Кембридже с гордостью демонстрировал свой herb garden, далеко не все растения в котором я смогла определить.

Разумеется, главная причина тут – слишком холодный климат: на Кавказе, где теплее, ни одна трапеза не обходится без кинзы и рейхана. Но, кажется, тут есть и какие-то чисто культурные особенности: например, свекла в России прекрасно растет и активно поедается – но только корнеплод, а если предложить кому-нибудь отведать ее ботвы, он покрутит пальцем у виска. Примерно так, как отреагировал знакомый венгр, когда я ему сказала, что в России очень любят гречку: но это же корм для скота? Аналогично, горчица: хорошо известное нам растение, но ни в одном российском магазине не купишь еe листья. Единственная съедобная трава, которая в России, кажется, популярнее, чем где-либо еще в мире – это укроп. Интересно, почему?