Двадцатый век… Еще бездомней

[egovoru]

«Папаша» Климт писал портреты светских львиц, а вот оба его протеже всматривались в собственное отражение. И увидели там такое, что их творения быстро попали в список «дегенеративного искусства», подлежащего уничтожению в Третьем рейхе.

Слева – Оскар Кокошка (1917) «Автопортрет» (фото Erich Lessing / Art Resource); справа – Эгон Шиле (1915) «Автопортрет с полосатыми рукавами» (фото Google Art Project)

Кокошка и Шиле даже физически похожи, но близнецами-братьями их делает одинаковое выражение растерянности на лицах. Кокошка пошел на фронт добровольцем и был ранен, но выжил; Шиле, призванный насильственно, умер от испанки за две недели до заключения мира – в 28 лет. Работы этих венских художников могли бы служить иллюстрациями к трактатам Фрейда. Но книжка другого их соотечественника, «Душевные смуты воспитанника Терлеса», попадает в тональность даже еще точнее.

Из них двоих Шиле кажется мне более талантливым – я особенно восприимчива к искусству линии, а Шиле был его непревзойденным мастером. В Leopold Museum'e сейчас идет выставка, приуроченнная к 100-летию со дня его смерти.

Эгон Шиле, слева – еще более радикальный автопортрет (1910), тот самый «голый человек на голой земле» Плиния Старшего; справа – вид гавани в Триесте (1907) (фото Wiki Commons)

Хороший рассказ о венских модернистах есть в книжке Эрика Кандела, знаменитого нейрофизиолога. Хоть он и покинул родной город в девятилетнем возрасте – после аншлюса, культурная атмосфера «Вены-1900», как он ее называет, и на него повлияла. В Гарварде он изучал историю и литературу, увлекся психоанализом, познакомившись с дочерью одного из последователей Фрейда, но отважился на то, что сам основатель счел делом безнадежным – попытался разобраться в нейронных механизмах человеческой психики. Не без успеха – в 2000 году он получил Нобелевскую премию по физиологии. Однажды я была на его лекции – запомнилась редкая связность изложения, и книжку отличает то же достоинство.