Над сказочнейшим из сиротств

[egovoru]

«Вавилон Берлин» Тома Тыквера и Ко я бы не отнесла к шедеврам кинематографа, но все же он немного прояснил для меня межвоенную немецкую историю. Под впечатлением от мемуаров российских беженцев, описывающих, как в Берлине начала 1920-х перевозили деньги на подводах, я решила, что именно эта гиперинфляция и способствовала приходу Гитлера к власти. При таком раскладе Веймарская республика выглядела символом полной политической несостоятельности.

Но на самом деле гиперинфляция, вызванная необходимостью платить военные репарации, к середине декады была побеждена, и экономика быстро пошла на поправку – правда, не без помощи американского плана Дауэса. Наступили Goldene Zwanziger, знаменитые не только своими кабаре, но и «Баухаусом». Увы, музыка играла недолго – грянула Великая депрессия 1929-го года, и вот уж ее-то Веймарская республика, едва оправившаяся от предыдущего кризиса, не смогла выдержать :(

А атмосферу того Берлина все же еще лучше передает
фантастический «Метрополис» Фрица Ланга (1927)


Или вот еще триптих Отто Дикса (1927-1928, Kunstmuseum Stuttgart), который он тоже назвал «Метрополисом», вероятно, под влиянием фильма (фото из публикации Nicholas K. Johnson;
а вот здесь можно рассмотреть его в лучшем разрешении)

Comments

[tijd.livejournal.com]

Гитлер пришёл к власти на фоне роста экономики.



Нацисты осуществляли радикальную программу приватизации, что для того времени было необычно. Сам термин «приватизация» впервые появился в экономической литературе благодаря этой политике. Немецкий фондовый рынок рос, как на дрожжах, вплоть до Сталинграда.

Фриц Ланг не стал дожидаться этого благополучия и сбежал из Германии в 1933 после разговора с Геббельсом.

[egovoru.livejournal.com]

Спасибо, график очень интересный - особенно тем, насколько параллельно идут все кривые. Явное свидетельство того, что экономики всех этих стран были тесно интегрированы уже тогда. Что же касается начала подъема с июля 32-го года, то, видимо, он еще не успел отложиться в общественном сознании, ведь, если я правильно понимаю, большинство историков считают, что именно экономические трудности страны привели Гитлера к власти.

Мать Ланга была крещеной еврейкой, так что его недоверие к наци было вполне обоснованным. Примечательно, однако, что его тогдашняя жена (и по совместительству - сценарист "Метрополиса") вступила в НСДАП. Некоторые сцены из этого фильма стилистически предвосхищают нацистские шествия, а торжество механической женщины можно рассматривать как прозрение грядущего фюрера. Ну и, конечно, в идее "Метрополиса" сильно чувствуется влияние уэллсовской "Машины времени".

[tijd.livejournal.com]

Видимо, эта стилистика и привлекла Геббельса и Гитлера, который предложили Лангу возглавить немецкое кино.

У Лени Рифеншталь судьба сложилась по-другому.



По-своему печально, потому что после войны ей не дали ничего снимать, и ее кинематографический талант был закопан в землю и посыпан пеплом.

[noname-rambler.livejournal.com]

Там много было печального после войны, на фоне чего личная трагедия Лени Рифеншталь всего лишь ничтожнейший эпизод. В конце концов дама заслужила свою судьбу... С точки зрения чистой этики, о которой тут недавно заходил разговор, совершенно необязательно было снимать Триумф воли и Олимпию. (Фильмы кстати классно сделаны — я получал истинное эстетическое наслаждение от просмотра)
Ну а раз уж здесь речь зашла о кино, то, что происходило во Франции — нашло отражение в фильме Алена Рене "Хиросима, любовь моя".
А о трагедии миллионов немецких переселенцев как-то вообще кинематограф деликатно умалчивает — я по крайней мере навскидку ничего не могу вспомнить.

[tijd.livejournal.com]

Про переселенцев не видел. О немецкой послевоенной этике запомнился недавний фильм Im Labyrinth des Schweigens про франкфуртские процессы 1963-1965.

[egovoru.livejournal.com]

Что касается проблем посленацистской Германии, то на меня очень сильное впечатление произвел "Ночной портье" Лилианы Кавани. Не знаю, видели ли Вы этот фильм?

[tijd.livejournal.com]

Да, это классика.

Про атмосферу в Берлине в 1930ые запомнился фильм Фассбиндера по роману Набокова «Отчаяние». Нацисты там как бы за кадром, и в то же время от них никуда не деться. Примерно в такой обстановке Набоко и писал этот роман.

[egovoru.livejournal.com]

Ого, тут тоже Дирк Богард в главной роли, да еще сценарий написан Стоппардом - надо будет посмотреть этот фильм. Романа я, кажется, не читала, или совсем его забыла.

[egovoru.livejournal.com]

Лени, если я правильно понимаю, искренне восхищалась Гитлером, видя в нем воплощение "твердой руки". Даже с учетом того, что изнутри страны все это виделось не так, как снаружи, я бы сказала, ей еще повезло, что после войны ее признали только "попутчицей" и обошлись с ней сравнительно мягко.

Что же касается Ланга, то никаких пронацистских симпатий он, если я правильно понимаю, никогда не высказывал. Гиперболическая образность в "Метрополисе" - смесь восхищения и ужаса; его город - это скорее "город-спрут" Верхарна. Вот, в переводе Волошина:

Там
Мосты, из стали сплетенные, кинуты
Прыжками сквозь воздух.
Глыбы камня, пилястры, колонны
Возносят лики Горгоны;
Предместья дыбятся башнями,
Трубы, и вышки, и шпили -
В ломаных взлетах над крышами...
Это Город-спрут
Дыбом взметнулся
В глубине равнины над пашнями.

Впрочем, я все-таки не одолела весь фильм целиком. Но даже отдельные фрагменты ясно показывают мастерство автора. Приобретя звук, кинематограф в значительной мере утратил эффектную зрелищность немого кино. Я могу назвать только несколько примеров, столь же поразивших меня мастерством построения кадра: это "Мать Иоанна от ангелов" Ежи Кавалеровича и "Цвет граната" Сергея Параджанова.

Оказывается, и "Кабинет доктора Калигари" сначала должен был снимать Ланг, но потом он отвлекся на что-то другое.

[tijd.livejournal.com]

Рифеншталь увлеклась эстетикой и не задумывалась об идеологии. Ее пропагандисткие фильмы несомненно принесли вред. Но с точки зрения искусства кино у неё было множество уникальных новых изобретений.

Американский расистский фильм 1915 года “The Birth of a Nation” принёс много вреда. Но одновременно был кинематографическим шедевром.

Названных вами фильмов не смотрел, про немое кино согласен. Если будете в Берлине - там отличный музей кино (Filmmuseum), включая впечатляющую выставку набросков к «Метрополису».

[egovoru.livejournal.com]

"Рифеншталь увлеклась эстетикой и не задумывалась об идеологии"

Это распространенная точка зрения, но я не уверена, что она правильная. Во всяком случае, Сьюзан Зонтаг ее не разделяет (http://www.nybooks.com/articles/1975/02/06/fascinating-fascism/). Ее эссе в основном посвящено Лениным фотографиям нубийцев, но она поминает и фильмы. Зонтаг считает, что Рифеншталь искренне разделяла идеалы нацизма, которые Зонтаг формулирует так:

"More important, it is generally thought that National Socialism stands only for brutishness and terror. But this is not true. National Socialism — or, more broadly, fascism — also stands for an ideal, and one that is also persistent today, under other banners: the ideal of life as art, the cult of beauty, the fetishism of courage, the dissolution of alienation in ecstatic feelings of community; the repudiation of the intellect; the family of man (under the parenthood of leaders)."

А в берлинском музее кино действительно было бы интересно побывать. Я была в этом городе дважды, но оба раза только с очень коротким визитом, а из всех его музеев пока посетила только Пергамский алтарь :)

[tijd.livejournal.com]

Зонтаг сильно перегибает палку. Упрекать художника (фотографа и документалиста) в том, что, увлекаясь красивыми телами и их хореографией, она тем самым занимается «фашистским искусством», это слишком. Поиски нацистких мотивов в фильмах про альпинистов Арнольда Фанка тоже совершенно не к месту.

Вред от пропаганды Рифеншталь не стоит преуменьшать, и она несла за него ответственность. Но, отмечая это, можно тем не менее отдавать должное ее искусству.

Мы знаем много примеров подобного в советском прошлом. Маяковский сознательно поставил себя на службу большевистской пропаганде. Но это не отнимает его таланта и изобретательности, как художника слова.

[egovoru.livejournal.com]

"можно тем не менее отдавать должное ее искусству"

Отдавать должное художественному таланту можно, даже признавая идеологическую приверженность Лени нацистским идеалам. Ваша аналогия с Маяковским здесь как нельзя кстати. Трудно сомневаться, что идеалы коллективизма, построения нового мира и т.д., выдвигавшиеся большевиками, Маяковский разделял совершенно искренне. Мне кажется, так же было и с Лени, но я не берусь об этом судить сколько-нибудь определенно: я не читала ни ее собственных мемуаров, ни воспоминаний знавших ее.

Что же касается привлекательности нацистких (вернее, в данном случае, фашистских, муссолиниевских) идеалов, то это замечательно показано в "Расцвете мисс Джин Броди" - и в книге, и в прекрасно поставленном по ней фильме с Мэгги Смит в главной роли. Не знаю, читали ли / видели ли Вы их?

[tijd.livejournal.com]

Смотрел. Мэгги Смит хороша.

Рифеншталь не была членом нацистской партии. У людей вроде нее, волею судьбы оказавшихся вблизи власти, часто размывает моральные устои, которые в другой ситуации помогли бы сопротивляться внешнему влиянию.

Про Муссолини и англичан вспоминается фильм "Чай с Муссолини" режиссера Дзеффирелли, там Мэгги Смит тоже участвует.



А свое мнение о Маяковском я изменил, прочитав его переписку с Лилей Брик. Понимаешь, что его в жизни интересовало совсем другое, а большевистский энтузиазм был наигранной маской профессионала и оппортуниста.

[egovoru.livejournal.com]

Пожалуй, такое мнение соответствует тому, что Маяковский, вступив в РСДРП в 1908 году, в 10-м (после тюремной отсидки) из нее вышел и больше уже никогда не вступал: на идейного большевика это и правда не очень похоже. А как же вырисовываются его интересы из писем к Брик, я их не читала?

"Чай с Муссолини" я видела, но сильного впечатления он на меня не произвел, хотя Мэгги Смит мне нравится в любом фильме :)

[tijd.livejournal.com]

В письмах ничего особенного нет. Просто они показывают, что Маяковский был вполне приземленным обывателем, а к своей деятельности относился, как к работе, приносящей доход и позволяющей поддерживать комфортный образ жизни. Это в порядке вещей, но впечатляет контраст между поэтическим образом автора в стихах и тем человеком, которого знали друзья и близкие.