egovoru | Если выпало в провинции родиться (Reply)

Говорят, у Хулио Кортасара есть произведения совсем в другой тональности. Но я, в свое время решив познакомиться с этим писателем, сразу взялась за его главный роман. Увы, мало какая книга – из тех, что я вообще дочитала до конца – произвела на меня столь тягостное впечатление :(

Ее лирический герой полностью сосредоточен на оплакивании того обстоятельства, что начало его жизни протекло вдали от центра мировой цивилизации, каким он считает Париж. Ах, если бы он родился в этой столице мира – тогда все было бы по-другому! Но место рождения нельзя изменить – а значит, он обречен; нечего и пытаться что-то сделать. Даже в юности я поняла, что трудно сыскать муку более напрасную :(

Зато другой знаменитый латинский американец, Габриэль Гарсиа Маркес, предложил противоположную модель отношения к собственной провинциальности. Для него его родная Аракатака (под именем Макондо) – если и не центр, то фокус мира: место, столь же пригодное для постижения миропорядка, как любое другое – но при этом самое знакомое и значимое. И его усилиями сия Аракатака стала такой и для всех его читателей – то есть, для всего мира.

И вот что примечательно: как я обнаружила только сейчас, Кортасар-то, будучи сыном дипломата, родился в Брюсселе и первые пять лет своей жизни провел в Европе – правда, разодранной Великой войной. А вот Маркес первый раз попал туда только в качестве корреспондента боготской El Espectador. Может, в этом все и дело?

Такую же тоску, как Кортасар, и по той же причине, на меня нагнал Милан Кундера: тот посыпает свою голову пеплом оттого, что родился хотя и в Европе, но в «неправильной» ее части. А вот родившийся на Тринидаде В.С. Найпол, как и Маркес, преподнес свой родной остров в подарок миру.

P.S. Знаменитую строчку Бродского в заглавии я отредактировала намеренно ;)