Овсянка, сэр

Францию времен Короля-Солнца едва ли можно назвать осуществленной утопией, но, тем не менее, именно ей стремилась подражать вся культурная Европа. Нечто еще более привлекательное есть в поздневикторианской Англии – несмотря на ее удушающую мораль, вопиющие социальные контрасты и колониальную политику. Может, это надежда, что комфортное существование ее привилегированного меньшинства можно каким-то образом распространить и на всех?

( Ах, далеко нам до Типперэри )