В Рождество все немного волхвы

[egovoru]

Том Гофмана родители подсунули мне, когда я валялась в постели с температурой, так что «сверкающие цукатные рощи, прозрачные марципановые замки» я увидела особенно отчетливо. Что такое «цукаты», я знала – мама делала их из арбузных корок, а вот для раскрытия тайны слова «марципан» пришлось ждать много лет, до поездки в Германию. Не потому ли эта страна показалась мне шкафом с игрушками в доме советника медицины Штальбаума?

A ознакомившись с марципаном в натуре, я задалась вопросом, как же замок из него может быть прозрачным – марципан ведь не леденец? Даже заподозрила Ирину Татаринову, замечательную переводчицу этой сказки на русский язык. Но нет, так и у самого Гофмана: durchsichtige Marzipanschlösser :)

«Ночь перед Рождеством» была для меня прежде всего фильмом Роу, а не оперой Римского-Корсакова, как для автора «Белой гвардии» – еще одной книги, связанной у меня с этим праздником: «Итак, был белый, мохнатый декабрь. Он стремительно подходил к половине. Уже отсвет Рождества чувствовался на снежных улицах. Восемнадцатому году скоро конец». За окном – пушки и смерть, но дома – «елочный дед наш, сверкающий снегом и счастьем».

А вы что вспоминаете в этот день?

Вот он, марципановый замок – в витрине любекского кафе
(фото Jean Pierre Hintze via Fliсkr).
На самом деле это марципановый макет города Любека, но и на роль замка он хорошо подходит. Компания Niederegger существовала
уже во времена Гофмана – она основана в 1806 году