То, что я нажил, гений прожил

[egovoru]

Слова в заглавии – из первой услышанной мной когда-то давно песни Михаила Анчарова. Они и сейчас кажутся мне самым глубоким проникновением в сущность искусства, какое мне попадалось, так что тогда я сразу заинтересовалась личностью автора. Еще почему-то запомнилось хлесткое из другой его песни:

Уродись я с такою мордою,
Я б надел на нее штаны!

А вот с прозой Анчарова я в юности так и не познакомилась, и потому решила восполнить этот недостаток сейчас, последовав рекомендации уважаемого asidenko.

«Теория невероятности» и «Золотой дождь» – две повести 1965-го года, написанные от лица разных членов одной и той же дружеской компании. Первая показалась мне гибридом Александра Грина и Василия Аксенова, а вот вторая – ни на что не похожа. Главная мысль автора, кочующая из книги в книгу, такая: «Равенство – это разнообразие. Коммунизм – это не общее корыто с даровой едой, а общая взлетная полоса. Поэтому у порядочного человека жизнь – это десант. У каждого свой». Сегодня эта мысль даже еще более актуальна, чем полвека назад.

А еще он был недурным художником – собственно, и был именно им по образованию: окончил Суриковское училище. Оставил нам несколько автопортретов, из которых мне больше всех нравится вот этот.

Автопортрет Михаила Анчарова – не смогла найти, какого года,
но, видимо, сразу после войны, а фото – с мемориального сайта,
где можно посмотреть и другие его работы

Сдается мне, что:

Нас без слез покидали женщины,
А забыть не могли вовек,

– отнюдь не фигура речи :)

А вы, уважаемые френды, читали в юности Анчарова?