egovoru | Это есть наш последний и решительный бой (Reply)

Имя Юрия Слезкина вызвало у меня в пямяти только вот это: «Беллетрист Юрий Слезкин сидел в шикарном кресле. Вообще все в комнате было шикарно, и поэтому Юра казался в ней каким-то диким диссонансом. Голова, оголенная тифом, была точь-в-точь описанная Твэном мальчишкина голова (яйцо, посыпанное перцем). Френч, молью обгрызенный, и под мышкой – дыра. На ногах – серые обмотки. Одна – длинная, другая – короткая. Во рту – двухкопеечная трубка. В глазах – страх с тоской в чехарду играют». Оказалось, однако, что у того яйцеголового беллетриста есть внук-историк, тоже Юрий Слезкин, недавно написавший «сагу о русской революции».

Сага эта воспринимается как альбом с вырезками, потому что процентов на восемьдесят состоит из цитат – воспоминаний жильцов Дома правительства, а также из их портретов и других исторических фотографий. Но в ней есть и сквозная центральная идея: марксизм (большевизм, коммунизм и т.д.) как милленаристская, апокалиптическая религиозная секта. Представление о конце света – последнем, решительном бое между добром и злом, страшном суде над всеми когда-либо жившими и наступлении вечного царства истины – Слезкин возводит к Заратустре, а его отзвуки (это я добавляю уже от себя) можно услышать даже у Фукуямы с его «концом истории».

Тем, кто отрицает религиозную принадлежность марксизма на основании его рациональности, автор напоминает замечание Эмиля Дюркгейма, что разделение на «естественное» и «сверхъестественное» – операция внешняя по отношению к исследуемым обществам, а значит, не может служить надежным критерием.

По Дюркгейму, религия – это «унифицированная система верований и практик, связанных со священными (сакральными) предметами», а священные предметы – это предметы, к которым мирское «не может прикасаться безнаказанно». Иными словами, сакральное в общественном сознании выступает чем-то вроде аксиом в математике: утверждений, принимаемых без доказательств. По заключению Слезкина, «всякое общество по определению религиозно». Но понимание условности принимаемых аксиом вроде бы указывает выход из этого замкнутого круга – или нет?